Византийский манускрипт

Но мы подружились с Ефросиньей, и на сегодняшний день она – мой единственный друг. Ведь доктор Белиссенов давно скончался, а его сын…

Тут граф сделал паузу, мельком взглянув на Таврова. Тавров вздохнул и понимающе наклонил голову: сын доктора Белиссенова, священник отец Иоанн, год тому назад исчез при хорошо известных Таврову обстоятельствах, о которых не следовало распространяться при непосвященных.

Граф понравился Таврову – своей открытостью и отличным русским языком.

– Слушай, Роберт, – обнял Тавров за плечи графа.

 – Меня вот всю жизнь занимал вопрос: чем занимаются графы и прочие аристократы? На заводе работать им не надо, я так полагаю?

– Вы явно были членом коммунистической партии! – рассмеялся граф. – Скажу по секрету, что в молодости я тоже состоял в коммунистической партии. Но это дело прошлое. Теперь я типичный помещик и капиталист: живу на доходы от поместья и акций крупной компании, в которой я до недавнего времени был вице-президентом. Сейчас я возглавляю фонд, занимающийся поисками ценностей, исчезнувших в разное время из музеев и частных коллекций.

Фонд обеспечивает их возвращение законным владельцам.

– Так ты в России по делам фонда?

– Нет, просто приехал поздравить Ефросинью. Я отдыхал на своей яхте, плавая по Черному морю, и в Москву приехал из Новороссийска. А яхта теперь будет ожидать меня в Греции. Оттуда я отправлюсь в Черногорию, Хорватию и Италию. Я был бы очень рад видеть тебя, Валерий, на борту своей яхты!

Тавров тоже был бы рад видеть себя на борту яхты, крейсирующей по теплым морям мимо живописных берегов.

Но надо искать Брена… Оставалось только поблагодарить графа за приглашение. И тут Тавров вспомнил о загадочном превращении Виктора Брена из еврея в немецкого дворянина.

– Кстати, Роберт! Тебе как потомственному аристократу не составит труда выяснить кое-что по генеалогии одного немецкого дворянина?

– Рад буду помочь, – любезно отозвался граф.

Тавров написал на бумажке: «Виктор Генрихович Брен, родился в 1965 году в Москве, отец – Генрих Иосифович Брен», и передал записку графу.

Тот мельком взглянул на текст и спросил:

– Ты уверен, что это немецкий род? Я знаю во Франции род с такой фамилией.

– Вроде бы да, но я не уверен, – честно признался Тавров. – Потому и прошу твоей помощи. Буду весьма и весьма признателен!

– Да что ты, это пустяки! – отмахнулся граф. – Через две недели получишь полную генеалогию этого Брена, если он действительно из дворянского рода.

Подошли Ефросинья и Ленора.