Чуйка

Может быть, там двойное дно имеется и антиквариат – это так, ширма?

Поблагодарив девушку, пообещал ей обязательно встретиться, когда разгребётся с работой (в смысле когда-нибудь, но не в ближайшее время). Хорошая девушка, симпатичная, умненькая, но не его. С ней можно в ресторан сходить, на природу съездить или не на природу. И всё, пожалуй.

Теперь имело смысл позвонить в Следственный комитет. Только уже не девушке, а следователю по особо важным делам, с которым они несколько раз плотно пересекались. Поболтали о погоде, перспективе совместной поездки на рыбалку, Степан похвастался, что удачно съездил за грибами.

А потом попросил разузнать, есть ли в СК что-нибудь на данного бизнесмена. Следователь перезвонил быстро и сказал, что ничего серьёзного у них нет. Отсидел срок по малолетке, но судимость давно снята. Несколько раз проходил по серьёзным делам в качестве свидетеля. Дважды был под подозрением. Но ничего доказать не удалось. Так что на данный момент он перед Следственным комитетом чист.

Вроде бы всё нормально и можно давать добро на кредит, но червячок сомнения грызёт.

Что-то там не чисто. Больно уж запрашиваемая сумма велика. Не вписывается она в сложившуюся картину, выпирает.

Позвонить дяде? Степан старался не обращаться к своему родственнику по пустякам. Зачем отрывать человека от работы, если можно поднапрячься и самому справиться. Может, ну его? Степан прислушался к себе – надо звонить.

Набрал номер и, поздоровавшись, предложил вместе пообедать в городе. Дядя легко согласился.

Как раз время обеда приближалось.

Подъехав на Литейный проспект, Степан долго и безуспешно пытался припарковаться. Наконец одно место освободилось, и он всунул туда машину. Дядя уже сидел в «Изюме» на Захарьевской улице. Хорошее кафе. Недорогое и готовят вкусно. А главное – близко от Большого дома. Но не настолько, чтобы тамошние работники в нём постоянно кучковались.

Обнялись. Степан сделал заказ. Поговорили о всяких мелочах, не касаясь работы и политики. Дядя имел звание полковника, но на первый взгляд производил впечатление обычного клерка, в крайнем случае, менеджера среднего звена.

В форме Степан его не видел ни разу. Обыкновенное, ничем не примечательное гладко выбритое лицо, умные внимательные глаза, недорогой костюм свободного покроя, коричневые туфли на шнурках – ничего, выдающего связь с силовыми органами, в облике дяди не было. Если не смотреть ему в глаза. Взгляд неожиданно оказывался твёрдым, пронизывающим. И рукопожатие было крепким.