Кто хочет стать президентом?

Она, как и очень многие работницы здешнего ночного цеха, бывала в номерах «Парадиза» и знала трогательную байку про эти редкие пальмы и про то, что с их помощью Нью-Йорк и Калинов стали чуточку побратимами. Она просто хотела помешать подруге злить клиента. В самом деле, раз уж ты вышла на эту тропу, забудь о своих пятерках по начертательной геометрии в институтском дипломе.

Лифт остановился на верхнем этаже здания. Подойдя к окну в коридоре, можно было бы разглядеть картину застройки этого среднего сырьевого российского центра.

Пять-шесть приземистых, по-разному некрасивых небоскребов в центре – так сказать, сити, окруженное административными «сталинскими» узкооконными глыбами с нудной лепниной и беспородными пятиэтажками, колоннами, уползающими в снежные окрестные просторы под конвоем бледных фонарей. А дальше – фантастические горы, поросшие, как мехом, непроницаемым ельником. Где чудеса, где леший бродит. Только никто никогда этого окна не распахивал и панорамой не любовался.

Девушки вышли из лифта и повернули налево.

Захаров достал из кармана плоскую серебряную фляжку, вставил горлышко в угол рта, а свободной рукой показал: не сюда, дуры, не сюда!

Лиза и Роза переглянулись. Как жаль. Если он уже надрался до такой степени, что не разбирает, где право и лево, то может и забыть, сколько обещал заплатить.

– За мной! – скомандовал Захаров и устремился прямо на глухую стену в тупике коридора. Но ничего страшного не случилось. Мелькнул выданный там, внизу, электронный ключ, что-то пискнуло, и стена, выглядевшая глухой, разъехалась, а за нею обнаружился роскошный номер.

Пока девочки осваивались – вытаскивали из холодильника блюда с немыслимыми нарезками и бутылки с невиданными наклейками – Захаров сидел в громадном кожаном кресле, сделанном из целого гиппопотама, и пытался снять туфли. Для этого он бил каблуком в толстый бордовый ковер и матерился. Пробегавшая мимо с букетом фужеров в руках Роза чуть наклонилась и помогла ему с вызволением одной ноги. Обретя частичную свободу, капитан стал тут же рассказывать, какой он важный и сильный человек.

А скоро станет еще важнее и сильнее. При этом он все время отпивал из фляжки.

– Судя по прикиду конурки, ты не врешь, – совершенно серьезно сказала Лиза.

На сей раз он почему-то обиделся.

– Да что ты понимаешь, математика! Понимаешь ты, что это за место? Какие люди сидели в этом кресле?

– В котором теперь сидишь ты? – видимо, профессионально любя точность, спросила Лиза.