Паруса смерти

Он рассчитывал увидеть страдающего, убитого горем отца, а на деле…

– Рад вас видеть в добром здравии, ваше высокопревосходительство.

– Пусть не в добром, но, по крайней мере, сносном. А что с вами, отчего эта трость? Неужели снова подагра? Сочувствую.

Командор сдержанно кивнул. Сердце его было не на месте. Что-то случилось. Откуда бы взяться столь выраженной участливости в столь самовлюбленном человеке, как дон Антонио де Кавехенья?

– Вчера пришлось посылать за лекарем. Этой ночью мне дважды пускали кровь.

– Может быть, вам имело смысл остаться в постели?

Да, определенно что-то неладно, решил дон Ангерран. Надо быть внимательным.

– Сегодня вторник, день моего непременного доклада вашему высокопревосходительству. Кроме того, к утру мне полегчало.

– Ну что ж, прекрасно, если так. Давайте, знаете, пройдемся. А то я все утро тут сижу, выслушиваю идиотские бредни. Надоело.

– Охотно.

Губернатор взял командора под руку, и они двинулись вдоль стены, имея слева от себя уже описывавшуюся картину морских далей, а справа – великолепный розарий.

Цветы, освеженные утренним поливом, сверкали переливами еще не высохших канель.

Крепостная стена плавно изгибалась, отвечая изгибу горы, на которой поместилась загородная резиденция правителя Эспаньолы. Шагах в пятидесяти по ходу движения открылась ниша, в которой стоял стражник с аркебузой[9 - …стоял стражник с аркебузой. – Аркебуза – старинное фитильное ружье, использовавшееся испанскими солдатами. В Англии, Франции, Голландии в это время уже перешли на более современное оружие – мушкеты, отличавшиеся большей дальностью стрельбы, большей скорострельностью и меткостью.

]. Увидев его высокопревосходительство, он встал «смирно» и положил ствол аркебузы на сгиб локтя.

– Прекрасно, – сказал дон Антонио.

– Что именно?

– Будем говорить открыто. Я хотел было устроить с вами игру в цаплю и лягушку, как говорят французы, но потом решил – не стоит.

– Как вам угодно.

– Вот именно, как мне угодно.

Я просто спрошу у вас, дон Ангерран, нет ли у вас родственника, который бы… как бы это сказать…

Командор тяжело задышал.

– Говорите прямо, ваше высокопревосходительство, надеюсь, хотя бы это я заслужил своей тридцатилетней службой его католическому величеству.

– Прямо так прямо. Мои люди тут поймали одного разбойника, по имени Горацио де Молина. Странное имя, как бы генуэзское, но при этом как бы и нет. Но не имя самое интересное в этом человеке.