Тайна Элизабет

Быстро сообразив, что детей нет на месте, решительный отец Томаса шепотом обратился к плотнику:

– Лезь вниз и будь с ними. Я попробую найти сына и дочь.

– Сам только не попадись!

Используя все свои навыки бесшумного охотника, доблестный мужчина, где ползком, где на корточках вышел из дома кузнеца и обошел ближайший периметр, но был вынужден срочно возвращаться в погреб, так как чуткие мутанты уже находились в соседних дворах. Со слезами на глазах и в полном отчаянии он постучался в дверцу погреба в полу посреди кухни и живо ввалился вниз, как только ее открыли.

Его жена не теряла надежду до последнего, но увидев растерянного мужа одного, ей осталось лишь крепко прижаться к нему и зарыдать в грудь.

За пять минут до этих событий Томас в полудреме почувствовал, как Ирэн зашевелилась и отошла от него. Сначала он не придал этому значения, но вскоре озадаченно обратил внимание, что уже совсем не слышит ее бесконечного бормотания и непоседливых движений. Открыв глаза, он к своему ужасу обнаружил, что находился в погребе совершенно один и потому тут же выбрался наружу, чтобы найти глупую сестру.

Она уже как неделю буквально не отходила от привезенного из Салепа щенка, и поэтому Томас хорошо знал, где ее искать.

Он догнал Ирэн у калитки, где она с открытым ртом смотрела, как полыхает и потрескивает в слепящем ярком пламени родной дом:

– Песик!

– Пойдем обратно! Тебе кто разрешил уходить?

– Мне нужен Пузанчик!

– Он убежал или его забрали соседи.

– Плавда?

– С ним все хорошо.

– А кукла?

Деревянная игрушка в белом платье одиноко лежала на крыльце, которое хоть еще и не полыхало, но достать куклу не представлялось возможным из-за невыносимого и жуткого жара от горящих толстых бревен дома.

– За мной, быстро! – скомандовал Томас, схватив Ирэн за руку, но та упрямо не хотела идти:

– Кукла! Ей больно.

– Сестричка любимая, я тебе еще куклу сделаю потом, – почти со слезами на глазах умолял ее брат. – Пойдем?

Но упрямая девочка, не понимая происходящего, напрочь отказывалась идти, с пронзительным визгом цепляясь пухленькими ручонками за плетеную изгородь, роняя с нее черепки и сырые шкуры недавно разделанных животных.

Томас понял, что у него есть только один выход. Несмотря на то, что огонь уже был на крыльце и почти подобрался к злосчастной кукле, он осторожно подбежал к ней и, схватив ее за ногу, вытащил из наступающего пламени, едва не подпалив свои длинные волосы.