Странник

Побрившись и, при этом, отметив, что бритвенные лезвия 1941 года не хуже лезвий “Нева” 80?х годов (хотя куда уж хуже?), Сергей Петрович помыл принадлежности для бритья, а лезвие выкинул в унитаз (мама категорический запрещала кидать мелкие острые предметы в мусорное ведро). Ни лосьона или крема после бритья, ни, даже, одеколона не оказалось и Сергей Петрович шёпотом помянул недобрым словом неопытного кандидата, не вспомнившего вчера о столь важной вещи. Услышав сработавший будильник, он пошёл в спальню. В этот момент из своей комнаты выглянул Крымов в семейных трусах[33 - Молодой читатель, наверно, не поверит, но в те времена мужские трусы были только «семейными», по крайней мере в СССР.

] и с пистолетом в руке:

– Что случилось?

– Ничего, будильник сработал, семь часов утра. Сейчас выключу.

Выключив будильник, Сергей Петрович оделся, убрал зарядку в сумку и вышел в коридор. Там его уже ждал одетый Крымов.

– А Вы не каждый день бреетесь?

– Не чем же.

– Игорь вчера купил.

Только одеколона нет.

Крымов зашёл в ванную, через минуту вышел со стаканчиком для пены и пошёл на кухню.

– Я не нашёл спичек, так что кипятка нет.

Крымов кивнул и вернулся в ванную. Бритьё у него заняло не более пяти минут. Как только он закончил, они пошли в столовую НКВД завтракать. Сергей Петрович взял сумку с собой. После завтрака (бифштекс рубленный с макаронами, чай, пирожок с повидлом) поднялись в свою комнату. Крымов неодобрительно посмотрел на несвежий подворотничок, но всё?таки переоделся в форму.

Достав из сейфа бумаги, Крымов собрался продолжить над ними работать, но Сергей Петрович его остановил:

– Тут у меня есть вещи, которые мне, в настоящее время, совершенно не нужны, но было бы очень плохо, если бы они пропали. Можно их убрать в сейф?

– Да, конечно, кладите в малое отделение.

Сергей Петрович стал доставать из карманов безрукавки и сумки банковские карточки, флэшки, ключи от дома и работы, рулетку, пенсионное удостоверение, деньги, визитные карточки, пропуска с работы (корочку и электронный), социальную карту, старую, ещё 80?х годов, записную книжку и укладывать в сейф.

Потом вспомнил и вынул из заднего кармана брюк паспорт. Не успел он с этим закончить, как, предварительно постучавшись, в комнату зашла Люся:

– Ничего, что я пораньше? Не могу дома сидеть, мама всё время плачет, боится, что братьев заберут на фронт[34 - Всеобщая мобилизация была объявлена 23 июня 1941 года.].