Большая волна в гавани

– В смысле? – Тони нахмурился.

– Мы поплывем? – вопросом на вопрос ответил Михаил. – Тони, кругом вода, город затоплен. Тут без лодки не обойтись. Так что нам по-любому придется ждать спасателей. – Он замолчал и огляделся. – Надеюсь, ждать придется недолго.

– Я точно здесь окочурюсь, – сказал Тони. – Майкл, дай мою одежду, – попросил он. – Может, на мне она быстрей высохнет.

Когда солнце незаметно исчезло за горизонтом и на затопленный город опустились сумерки, спасатели так и не явились. Парни окончательно убедились, что эту ночь им придется провести на крыше.

Природа продолжала испытывать их на прочность и преподнесла очередное испытание в виде снега. От мокрой одежды и наступившего холода зуб на зуб не попадал и все кости сводило судорогой. К тому же состояние Тони ухудшалось с каждым часом. Он думал, что его трясет от холода, но Михаил понимал: основная причина его лихорадки кроется в ранении. Он еще раз обследовал машину, надеясь найти в ней то, с помощью чего они могли бы согреться. Но, увы, кроме подушки, валявшейся на полу между задними и передними сиденьями, там ничего не было. Толку с нее как с козла молока, тем более она насквозь промокла. Под передними креслами Михаил нашел початую бутылку воды и фонарик, который им пригодился. На удивление, он пережил морское путешествие и исправно работал. С его помощью художник еще раз обследовал аптечку и на одном из флаконов прочитал знакомые иероглифы, а под ними надпись на английском языке – «Aspirin». Он дал Тони сразу две таблетки в надежде, что это принесет ему облегчение, и на всякий случай одну выпил сам. Ближе к ночи снег разошелся не на шутку, повалил густыми хлопьями, вынуждая парней перебраться в машину. Кресла хоть и не высохли до конца, но теперь сидеть на них было гораздо приятней, по крайней мере вода больше не хлюпала.

Стресс, пережитые эмоции и усталость сделали свое дело, и, несмотря на холод, парни незаметно для себя уснули. Неизвестно, сколько длился сон, только через время Михаил расслышал голоса. Он резко открыл глаза и обернулся посмотреть на друга.

Тот спал на заднем сиденье, лежа на здоровом боку и держась рукой за рану. На его лице застыла болезненная гримаса. Михаил схватил фонарик, который ожидал своего часа на приборной панели, и выскочил из машины. Ему не пришлось освещать дорогу, за него это сделала луна. Ночная хозяйка сияла так, что было видно как днем.

Михаил чуть не запрыгал от радости, когда увидел моторную лодку, рассекающую волны на улицах города.