Зов памяти

– Вы взгляните на нашего Матвейку из Романовки, – объявил прямо на входе Леха и, похлопав мужика по спине, добавил: – Твой барин-то небось был бы доволен!

– А то как же! – гордо ответил Матвей. – Я в рыбалке всегда был шибко шустрым. Таких вот, – развел он руками, – налимов вытаскивал, будь здоров.

– Машка, – гаркнул Леха, – надевай фартук – и на кухню! Будешь у нас заведующей столовой.

– Объявляю матриархат, – парировала Мария и громко рассмеялась. – Нечего тут мною командовать!

– Ну раз матриархат, – возразил Леха, – в следующий раз сама рыбачить пойдешь!

– Не-не! – испуганно воскликнул Матвей.

 – Барин шутит! Вы, барыня, не беспокойтесь, я все сам сделаю: и наловлю, и пожарю. Сидите-сидите, отдыхайте. Не барское это дело, рыбу на кострах жарить!

То, что и рыбы здесь оказались четырехглазыми, похоже, никого уже не смутило.

Матвей, к удивлению всех, прекрасно справился с обязанностями повара. Через полчаса народ собрался за воображаемым столом. Учитывая, что едоки с утра ничего не ели, ужин показался им царским.

После него Голиков Кирилл Андреевич предложил провести собрание. В этот раз поучаствовать согласился даже Николай Борисович.

– Итак, друзья, – начал профессор, – хотим мы этого или нет, но, чтобы выжить в таких условиях, нам нужно избрать руководителя нашего, так сказать, спонтанного товарищества. Какие будут предложения?

– Я считаю, что главным нужно избрать профессора, – тут же предложил Москворецкий.

– Правильно! – поддержала Мария.

– Спасибо, – сказал Кирилл Андреевич и добавил: – Ставлю на голосование! Кто «за»?

Руки подняли все, кроме Матвея и Трухина.

– А вы чего? – спросил Леха.

– А что нужно делать? – испуганно спросил Матвей.

– Ты согласен, чтобы профессор был у нас за главного?

– А кто меня спрашивать-то будет? – раскрыл рот Матвей.

– Так вот же я у тебя и спрашиваю: согласен или нет?

– Согласен-согласен, ваша светлость!

Все рассмеялись.

И лишь Трухин сидел с серьезным выражением лица.

– А ты чего, Коля? – обратился к нему Леха.

– Я воздержался! – ответил Николай Борисович.

– Это еще почему? – удивленно спросил Леха. – Ты против коллектива, что ли?

– Нет, не против, – поправил Трухин, – просто я воздержался.

– Так, ребята, – вмешался Голиков, – принуждать никого не нужно. Николай Борисович прав на все сто. Он пока не определился. Остальным спасибо за оказанное доверие.