Вирус родной крови (формула предательства)

Но точно помню, как он кому-то сказал: «Подсунешь подделку, три шкуры спущу…»

– А суммы какие-то звучали?

– Конкретная сумма не называлась, но Фёдор Сепанович просил поторговаться и сбросить «сотку».

– Сотку чего? – удивилась Рюмина.

– Честное слово, Оксана Владимировна, – Порывай ударил себя в грудь кулаком, – я не знаю.

– А почему вы при первом собеседовании ничего об этом не говорили? – нахмурившись, спросила Рюмина.

– Поймите меня правильно, Оксана Владимировна, – Порывай тщательно раздавил окурок о дно пепельницы, – я же всё-таки водитель-персональщик.

Мало ли чего услышал, увидел… В общем, откуда я знал, что Фёдор Степанович пропадёт так надолго. А вдруг бы вечером появился, а я тут всю подноготную разболтал… Некрасиво ведь…

– Значит, вы были уверены, что Брызгалов вернётся? – спросила Рюмина.

– Да я и сейчас в этом уверен, – заморгал Порывай.

– Почему? Он что, раньше уже исчезал? – Сыщик пристально посмотрела на водителя.

– Нет, это впервые произошло… Но…

– Продолжайте, продолжайте, Семён Абрамович, не останавливайтесь, – предложила Рюмина.

– В общем, как-то с месяц назад Фёдор Степанович немного подвыпил на какой-то там презентации и, возвращаясь поздно вечером домой, сказал мне: «Эх, Сёма, махнуть бы куда-нибудь на Багамы, чтобы недельки две-три никого не видеть и не слышать…»

– Что ещё он говорил в тот вечер?

– Да так, в общем-то, ничего. Говорил, что устал от всего, дескать, хочется отдохнуть… Он быстро уснул, я разбудил его уже у самого подъезда.

– А потом, в другие дни, он не затрагивал больше эту тему?

– Нет, это было единственный раз. Вообще, в машине он молчун. Редко со мной говорил. В основном отдавал распоряжения.

– Так, – Рюмина встала из-за стола и выключила диктофон, – спасибо, Семён Абрамович, но нам, видимо, всё-таки придётся с вами встречаться ещё не раз. Так что смиритесь с этим.

– Да я уже понял, – ухмыльнулся Порывай. – Что теперь поделаешь, надо, так надо…

10

Семён Абрамович Порывай работал у Брызгалова без малого десять лет.

Для персонального водителя – это немалый срок. Обычно за это время человек подобной профессии волей-неволей узнаёт о своём начальнике всю подноготную. Раньше этим небезуспешно пользовались сотрудники НКВД, с пристрастием допрашивая персональных водителей руководителей разного уровня. Впрочем, некоторые водители и без допроса докладывали о каждом шаге своего шефа. Речь о тех, кого нарочно внедряли в ближайшее окружение подозреваемого.