«Пиджак» в кителе

Сказать, что я был в полном ахуе от происходящего, значит ничего не сказать. Млять, ну на… Это было самое простое из курса сопромата, который, собственно, я таки ещё недавно сдал. Николай посмотрел на мой чертёж и радостно завопил:

– Неправильно! – и нарисовал всё ровно наоборот.

Я всё понял. Продолжать разговор с человеком, хлебнувшим «оружейки», имело такой же смысл, как её же и пить. Результат был налицо. Действие напитка продолжалось, Николай одновременно разговаривал со мной, с собой, с Лениным и учебником сопромата.

Я из вежливости и осторожности сидел на кровати, предполагая различные варианты развития событий. К моему удивлению, Николай замолчал, решительно встал, взял голубой термос, слившийся с его «костюмом», и молча вышел в дверь. Ясно было, что он пошёл бухать с коллегами по «оружейному цеху». Я выключил свет, лёг, повернулся к стене и уснул.

Глава 5

На следующий день, когда все обитатели этажа с дружным гомоном утопали к парковке и поехали, трясясь в кузовах зелёных КамАЗов, на аэродром, я пришёл к месту новой службы, сел в курилку вместе с остальными и, когда началось построение, молча встал в строй.

Майор, командовавший «равняйсь, смирно», вдруг уставился на меня. Лицо его было стандартно лиловым. Похоже, к майорским погонам полагалась инъекция фиолетовой краски в голову, чтобы было сразу видно – начальник.

– Ты кто такой, лейтенант?

– Прикомандированный в финчасть по распоряжению Штаба округа, товарищ майор! – вовремя вступился за меня мой новый начальник.

– А, понял… – майора отпустило.

Вообще, готовность кого-нибудь «вы…бать» – характерная черта офицеров Советской армии. Думаю, с тех пор ничего не изменилось, с чего бы. По любой причине начать орать и материться – любимое занятие да и, честно говоря, потребность русского народа. Без этого начальник – не начальник. На своём опыте позже убедился.

– Короче, так, – подумав сказал он. – На построение не встаёшь со всеми, ты не в штате.

Приходишь вовремя и сидишь в курилке. Ясно?

– Так точно, – ответил я.

Жизнь налаживалась. И она действительно налаживалась! Если не считать оставленной в Уфе любимой девушки… К этому моменту жизни я уже успел развестись и выплачивал алименты, чем производил некоторое впечатление на оформлявших меня кадровиков и финансистов. Такой молодой алиментщик, шустрый, видимо…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».