Лабиринт для Минотавра

И вновь необъяснимое искажение произошло с Минотавром: ему казалось, будто он, приближаясь к играющему отпрыску, становится крошечным, и достаточно протянуть руку, чтобы ухватить его и поместить среди дырчатых кубиков словно фигурку.

Почувствовав, как подопечный замедляет шаг, Вергилий взял его под руку:

– Следует поторопиться. Скоро наша очередь на очистку.

– Очистку? – Минотавр отвел взгляд от отпрыска, и того тут же заслонили ходившие по коридору возвращенные. Наваждение с искажением масштабов испарилось.

 – Что за очистка? Я не хлорелла, чтобы меня очищать.

Вергилий хмыкнул:

– Так мы называем процесс реабилитации возвращенных. Сейчас ваша очередь предстать перед… пантеоном. Им будет определено ваше дальнейшее местопребывание вне пределов Санаториума.

– Вы не предупредили об этом, – резко бросил Минотавр. – То есть это не прогулка, а судилище?

Вергилий смутился, принялся разглаживать подол хламиды.

– Видите ли, – сказал он, – всякое случается… поверьте горькому опыту… возвращенные порой болезненно реагируют… а время не терпит, у нас повышенная нагрузка, поток нарастает…

– Вам не хватает планомерности, – сурово указал Минотавр.

 – Впрочем, не мне судить о делах ваших. Где судьи?

– Судьи? Ах вы об этом… Видите ли, Минотавр, они не вполне судьи, вам следует подготовиться, собраться… Хоть и времени капля…

Бормотания Вергилия сбили с толку. Они остановились перед массивным люком, похожим на те, которые разделяли жилые отсеки толкача и активную зону движителей Кузнеца, что наводило на подозрения относительно истинных намерений лоцмана.

Минотавра захлестнула безумная мысль – а не является ли Вергилий истинным вершителем судеб возвращенных, оценивающим их пригодность к жизни? Если его вердикт такого права не подтверждал, то Вергилий по совместительству исполнял роль палача, заманивая отбракованный экземпляр в зону абсолютного распада, где термоядерный синтез так распыляет тело и разум, что им больше не грозит возвращение.

Мысль действительно имела температуру безумия не меньшую, нежели в движителях Кузнеца. Когда массивный люк неожиданно легко распахнулся, а из отверстия пахнуло влажностью, Минотавр, стряхнув сжимавшие локоть пальцы Вергилия, набычившись и стиснув кулаки, нырнул в туманный полумрак, намереваясь высказать судилищу все, что он о них думает… конечно, если их вердикт пойдет вразрез с его планами.