В погоне за прошлым

Она продолжала наблюдать, как её внук улетает всё прочь от неё.

– Ты её знаешь? – спросил Ян.

Ян Масл сидел к женщине спиной, но у Джесса создалось впечатление, будто мужчина видит Беку Вайю прямо перед собой.

– Нет. В первый раз вижу. – соврал Джесс.

Ян хитро сощурился, присмотревшись к руке ученика, где раньше покоились украденные кольца, а затем закрыл глаза.

– Я вздремну пока. Не буди.

– Хорошо. – пожал плечами Джесс.

Особого желания трогать Яна у него не было, скорее наоборот, захотелось выпрыгнуть из окна, чтобы больше никогда в жизни его не видеть.

«Странное чувство» – подумал Джесс.

Он симпатизировал Яну, ведь тот вытащил его из передряги и обещал помочь, но предчувствие говорило об обратном. Невольно вспомнились слова Алекса: «Доверять нельзя никому». А Бека всё стояла на одном месте, провожая улетающих хмурым взглядом.

– Улетел! – выругалась она.

***

Облака становились прозрачнее, исчезали и вскоре внизу открылся потрясающий вид на город. Драгор был просто великолепен.

Они пролетали над вереницей трёх исполинских зданий, вокруг которых царила суматоха. Дети и взрослые спешили попасть внутрь.

Огромный комплекс, состоящий из кучи построек ожидал прибывших. Джесс насчитал по меньшей мере семь строений, три из которых он заприметил сразу, они были поистине огромны. И каждый исполин стоял в стороне друг от друга, разделённый отдельным двором.

Как только карета приземлилась на стоянке для таких же бело-синих «посетителей», Ян вдруг открыл глаза и потянулся. Джесс чуть не подпрыгнул от внезапного пробуждения наставника.

– Как вы узнали, что мы уже приехали?

– Почувствовал.

– Хорошая у вас чуйка.

– Благодарю. А теперь на выход. – скомандовал Ян и показал пальцем на дверцу. В тот же момент она открылась.

Джесс вышел первым. Внезапно мир сменился в красках, стал настолько цветным, словно радуга заиграла в глазах.

– Я ничего не вижу. Вернее вижу всё и сразу. – заволновался Джесс.

Насколько он помнил, раньше такого не было. С того момента, как он проснулся, лишь зелень подсказывала ему, что думают другие, но теперь мир одновременно стал громче и ярче. Краски бушевали перед глазами. Он чувствовал страх, волнение тысячи драгорцев, а в голове звучали голоса от громких детских криков до взрослых по тембру шёпотков.