Белый Кремень

По силе этого звука было ясно, что зверь невелик, но любой из сэйдов, да и сам Энке, под пыткой поклялся бы, что слышал настоящий клич воина.

В следующий миг нечто мохнатое, длиной примерно с башмак, бросилось на воинов из зарослей черники. Нападавший был так стремителен, что пленник не сразу смог его разглядеть. Зверь бросился на ближайшего врага и прыгнул вверх, целясь тому в промежность. Но не допрыгнул, и куснул где пришлось, то есть чуть выше колена.

Сэйд – а это как раз был тот воин, которого долго уговаривали идти походом на хабаган – вскрикнул и запоздало отпрыгнул вбок, целясь копьём в маленького супостата.

Но тот уже отскочил назад в чернику и свирепо урчал, выбирая следующую жертву. По замшевой штанине врага побежала кровь.

Только теперь Энке как следует разглядеть лютого зверя. Это был довольно крупный лесной хомяк, бурый, с желтоватой полосой на спинке и чёрными пятнами вокруг глаз. Энке знал, что хомяки бывают злыми, но знал и то, что хомяк не из тех зверей, которые нападают на человека первыми.

Загнанный хомяк беспощаден и, несмотря на невеликие размеры, опасен. Маленький Энке как-то раз потыкал палкой хомяка, засевшего в корнях, и тот обрызгал его едкой жидкостью из-под хвоста. Мальчишку тотчас же вырвало от удушливой вони, и ещё несколько дней Энке совершенно не чуял запахов. Но тот хомяк защищался, а этот – нападал.

На миг пленнику сэйдов стало смешно. Дух родного леса прислал на помощь… хомяка?!

Самим «неназываемым» было, однако, совсем не до смеха.

Они построились в полукруг и выставили копья наизготовку. Хомяк плясал перед ними, урчал, и время от времени совершал резкие выпады, норовя тяпнуть в ногу то одного, то другого.

Послышались возгласы. Энке вновь понял не всё, но были и знакомые слова.

Плохо. Духи. Знак. Не этот раз. Назад. Лес. Море.

Хомяк вдруг прекратил урчать и прыгать. На некоторое время стало тихо. Сэйды переглядывались. Острия копий чуть опустились.

Зверю только того и надо было! Он молниеносно метнулся вбок и поразил крайнего – того, который держал Энке.

Хватил – и отпрыгнул назад.

– Башмак прокусил! – завопил молодой сэйд вполне понятно для пленника.

Это решило дело.

– Чшшш! – зашипел старший и гневно махнул рукой. – Молчи! Этот раз… – и добавил что-то неясное. – Назад идём!

– А этот? – спросил молодой, указывая на Энке.

Хомяк заурчал снова и сделал короткий обманный прыжок.

Главный опять сказал что-то о вожде и одеялах.