Белый Кремень

Селение островитян окружал невысокий частокол с подъёмной воротницей, под которую с визгом поднырнул маленький часовой. Внутри слышался гул голосов.

Сэйды вышли из лодки, выволокли пленника и поставили его на ноги рядом с собой.

За их спинами из лодки тихо выскочил хомяк.

***

Воротница поднялась с натужным скрипом. Первыми за частокол с лаем выскочили псы, а за ними – несколько вооружённых мужчин. Увидев поднятые руки гостей, они что-то крикнули – и ворота тут же родили ораву детей и подростков, которые с диким визгом понеслись к берегу.

За ними, оживлённо лопоча, двинулась молодёжь. Отцы семейств, сопровождаемые жёнами, выступили последними и подтягивались долго.

Сэйды, пленившие Энке, дружелюбно махали руками в приветственных жестах. Поселяне махали тоже, а многие здоровались с прибывшими, как старые знакомые, или даже родственники. Да, вероятно, это и были родственники – сёстры или дочери воинов могли быть выданы замуж в это селение, а сами «неназываемые» – женаты на местных уроженках.

И всё же, несмотря на тёплые приветствия, пришельцы не спешили в Клеамат. Энке не мог знать обычаев сэйдов, но догадывался, что они не так уж отличаются от порядков, принятых в других племенах. А меняться у всех принято за границей селений. Вот потом, да если пригласят – а пригласят почти всегда, ибо таков обычай, да и надо же новости узнать! – можно идти в селение, пировать, хвастаться подвигами, заключать союзы, сватать детей…

Энке окинул взглядом толпу и берег.

Кедры росли здесь только на морской стороне, а вокруг бухты теснились невысокие корявые сосны. Каждая имела свой нрав и выгибалась причудливыми кривулями. Это даже могло показаться красивым, но… Ни тебе берёз, ни осин, ни ольхи, ни чащи высоких резных папоротников в подлеске. Скучная красота…

Дети прибежали на берег первыми, запрыгали вокруг, смеялись, показывали на Энке пальцами, а кое-кто из самых смелых даже подёргал его за подол рубахи. Подростки вели себя куда более сдержанно – они учтиво перемолвились с гостями и встали чуть поодаль, сложив руки на груди и стараясь подражать взрослым в манерах.

Впрочем, один из детей почему-то не прыгал вместе со всеми. Мальчик, которому на вид было зим десять—двенадцать, стоял в стороне и смотрел куда-то мимо Энке, на воду лагуны. Энке невольно задержал на нём взгляд – у мальчишки было неестественно бледное лицо и русые волосы, намного более светлые, чем у сэйдов.