Америка Навсегда

Поэтому я был сослан мыть пол в подвале. Старуха приказала мне взять любое ведро с мойки и щетку, стоявшую возле, и мыть усердно, а не так, как я обычно работаю.

Дорожек в подвале уже не было. Видимо Карлос, помыв пол в обеденном зале, отнес и расстелил их пока я трудился на кухне. Пустые мусорные контейнеры также стояли на своих местах. В подвале было душно. Пол был липким, отчего при каждом шаге моя обувь издавала раздражающий шмякающий звук.

Я плеснул в ведро мыла и отбеливателя, которые нашел возле стиральной машины.

Добавляя теплую воду из под крана в мойке в свое ведро, я осмотрел его и не обнаружил никакого отличия ни с тем, где сегодня размораживались креветки, ни с теми в которых вчера был лимонад. Я окатил пол из ведра и стал его драить, сгоняя грязную воду в сток возле мойки. Теплый алкогольный пар, шедший от пола дурманил меня. Я вспотел, голова стала кружится.

С усилием воли закончив задание, я вышел на заднюю патио глотнуть свежего воздуха, отчего стало лучше.

По возвращении на кухню, старуха тот час же поручила мне чистить креветки, закончив с которыми, я был направлен готовить на станцию салатов.

Масло во фритюре сильно коптило, и скоро помимо пота, отбеливателя и креветок, от меня еще пахло горелым маслом.

Расположения Старухи я все же добился тем, что клал в порцию не более дюжены штук картошки фри и эффективно пережаривал остатки. Опытным путем я установил, что пережаренная картошка была заметно темнее по цвету первожареной, а также была значительно жирнее и тверже.

Попытка подогреть картошку более одного раза не увенчалась успехом. Дважды пережареная картошка чернела и становилась настолько твердой, что её было невозможно без усилия раздавить двумя пальцами.

Время шло к обеду. На кухню пришла Энджела и приказала мне приготовить три порции куриных крылышек и миску картошки, а также два бургера. Удовлетворенная качеством моей работы, Старуха вызвалась показать мне, как делать бургеры на панели, что оказалось совсем не сложно.

Приготовив куриные крылышки, я высыпал их в большую тарелку вместе с картошкой и отнес официанткам. По возвращении на кухню, меня, как и Карлоса, ждало вознаграждение за труды ввиде бургера. Взяв свой обед, я направился в зал к столу официанток, в надежде завести непренужденный разговор и наконец-то познакомиться.

За обедом разговаривала только Энджела.