Бесы в погонах

Ибо горше всего было ему видеть, как человек передает свою душу наверх в состоянии ярости и недоумения, так и не осознав, сколь великое таинство совершается над ним в этот момент.

Подъезжающие машины резко притормозили и, на самой малой скорости объехав и «Опель», и «Мерседес», встали на полпути между ними и лесополосой – должно быть, в самой гуще ползущих по пластунски рубоповцев. Отцу Василию даже показалось, что один боец перекатился, чтобы не попасть под колеса.

Затем священник услышал, как в полной ночной тишине захлопали дверцы, и вот тогда надо всей округой раздался отчаянный крик загнанного в угол человека:

– Рома, сука! И ты ментам продался?!

В полной тишине этот крик эхом отдался от стен и потерялся где-то в торчащих из бетона прутьях арматуры.

«Рома?!» Священник задрал голову вверх – кричали из недостроенной башни элеватора.

– Что ты гонишь, Жираф?! – ответил ему от подъехавшей машины сам Роман Григорьевич Якубов.

«Господи! – помянул имя божье всуе отец Василий.

– Я гоню?! – злобно рассмеялись наверху, так, что эхо прокатилось по всей округе. – Это ты че-то не туда погнал! Шкура мусорная!

– Не крути, Жираф! – громко потребовал Якубов. – Ты позвонил, я приехал. При чем здесь менты?

И в этот момент рубоповцы начали вставать. Трудно сказать, кто им дал такую команду: даже если Маслаков понял, что демаскирован светом фар подъехавших машин, этого делать не следовало. Но они все вставали и вставали, словно для того, чтобы своим личным присутствием показать Роману Григорьевичу, при чем здесь менты.

– Эй, Жираф! – громко крикнул Макарыч и махнул рукой. – Ты уж там посиди, не обижайся! Я пока с твоим дружком поговорю! А там и до тебя очередь дойдет!

«Ай, молодец, Макарыч! Вот умница!» – похвалил рубоповца священник: он уже видел, как помаленьку, пока их демаскированный начальник отвлекает внимание на себя, парни в камуфляже подбираются к башне.

– Слышал, Рома?! – яросто поинтересовались сверху. – Все слышал?!

– Не понял… – развернулся к Макарычу Роман Григорьевич.

«Так, пора вмешиваться!» – понял священник и, приподняв полы рясы, побежал вперед.

– Я что-то не понял, батюшка, это что за цирк ты мне устроил? – зло и громко поинтересовался Макарыч, едва заметил бегущую навстречу фигуру в рясе.