Дада

Дада

Михаил Георгиевич Серегин

Путана

Красивая и юная, она ждала светлой и чистой любви. Но жестокое время ставит Дашу перед выбором – убогая бедность или деньги, заработанные собственным телом. А так хочется шикарной жизни... И почему бы не принять ухаживания престарелого мафиози? Но у негослишком много смертельных врагов. И Даша, сама того не желая, становится активной участницей кровавой интриги...

Михаил Серегин

Дада

«Дома с рабынями, в платье пришельца узнавши, царица

Голос возвысила свой и крылатое бросила слово:

«Странник, сначала тебя вопрошу; отвечай мне:

Кто ты? Откуда? И платье свое от кого получил ты?.

..»

    Гомер, «Одиссея»

Пролог

Вчера ЭТО случилось с ней. Она была пьяна, он тоже. Как же она могла! А какое он имел право?! Почему все девушки должны пройти через это? В школе он не обращал на нее внимания, или она просто не замечала? В пьяном бреду трудно себя контролировать. Он ласкал ее. Где-то далеко-далеко в глубине сознания мораль заставляла ее противиться.

Он сильнее, да и пил не так много, как она. Почему, зачем она напилась? Хотелось показать, что не хуже других? Пили все. Почему-то его родители не пришли в одиннадцать, как он уверял. А мама не беспокоилась, знала, что детки отмечают окончание десятого класса и немного спиртного и веселья при этом – вполне допустимо.

Может быть, она и могла бы сказать: «Нет». Но просто не помнила об этом. Как же можно столько пить... Все равно было больно.

.. Неудобный диван, неумелые движения, какое-то лизание губ вместо поцелуев. Не было любви. Он просто одолел ее. Скот!..

Тем утром она решила, что никогда больше не позволит прикоснуться к себе ни одному мужчине. Но истории было угодно сложиться иначе...

* * *

– Мама! Где мои трусы? – голос Дарьи дрожал от волнения. – Через пять минут за мной должны заехать!

Девушка металась по двухкомнатной квартире в поисках своих «фирменных беленьких», за которые отдала всю свою стипендию.

– Ты, никак, для Гришки стараешься?

Нина Ивановна показалась из кухни – руки в боки, головная косынка сбилась набок, фартук в муке.

Дочь бросила на нее бешеный взгляд.

– Мама, ты не понимаешь! Я опаздываю!

– Посмотри в комоде. Если считать сверху – полка номер два. Левая!

Самая младшая из Даниловых метнулась в указанном направлении, а мать замерла в ожидании, наблюдая за голозадым чадом. Чуда не произошло, Дашка снова перепутала.