Дембельский аккорд

 – Что у тебя тут, совсем плохо? Дай-ка разберусь, что к чему… Ну, это еще терпимо, вчера хуже было! Так что готовься – Родина ждет от тебя подвига! Если что, буду перед генералом Крутовым хлопотать, чтобы орден дали.

– Разве что посмертно, товарищ лейтенант, – все так же тоскливо вздохнул Витек, глядя на хлюпающие фонтанчики. – Вчера двор не так развезло, бежать проще было, и то чуть без ноги не остался.

– А ты надеялся что-то от Крутова при жизни получить? – удивился лейтенант. – Конечно, посмертно! А насчет ноги – это ты будешь молодым в Чернодырье рассказывать, когда вернемся.

Подумаешь, увяз! Вот погоди, просохнет малость, я тебя заставлю этот бахил раскопать и привести в порядок. Ты почему его не завязал как следует, Резина ты пробитая?! Ну ладно бы на скорость надевал, норматив бы сдавал, а то для себя ведь! Вот и плюхай теперь в берцах!

– Товарищ лейтенант, за что?! – в ужасе взвыл Резинкин. – Может, лучше Леха сгоняет?! Ему там по щиколотку только!

– Ага, и машину тоже он подгонит? – ехидно поинтересовался Мудрецкий.

 – И даже заведет с одного раза? Эй, Простаков, тут твой боевой товарищ предлагает на тебя стрелки перекинуть – говорит, тебе сейчас по двору бегать удобнее!

– Товарищ лейтенант, разрешите, я его сам перекину?! – ведущий внутрь дома проем перекрыла огромная пятнистая глыба. – Он у меня прямо на броню перелетит, и ног не замочит!

– Я сам, я сам! – заорал Резинкин, попятившись от сибирского Гулливера и прижимаясь спиной к двери.

 – Товарищ лейтенант… Вы, если что, домой напишите – мол, геройски погиб при исполнении, все такое… Может, им хоть льготы какие-нибудь будут.

– Так, все, у меня через девять минут связь с генералом, и я уже зверею! – Мудрецкий внимательно посмотрел сначала на Простакова, потом на Резинкина. – Товарищ ефрейтор, возьмите бахил у Заморина, влазьте в о-зэ-ка, и через три минуты я вижу вашу задницу ныряющей в люк. Если опоздаете – на четвертой минуте Простаков начинает готовиться в сборную по баскетболу.

Поскольку мяча у нас нет – будем играть вашей головой. Понятно? Вр-ремя па-ашло-о-о!!!

Как может подняться пыль в сыром коридоре – да не просто подняться, а закрутиться мелкими вихрями! – так никто и не понял. Но факт оставался фактом – взвились вихри, повисли и долго еще не могли успокоиться, хотя поднявший их Резинкин уже скрылся. Откуда-то из глубины здания донесся обиженный голос рядового Заморина.