Доноры за доллары

Видите ли, Пирогов нашелся! То, что он может оперировать хоть с завязанными глазами, не значит, что он может прогуливать дежурства и опаздывать на два часа!

– Но, Борис Иосифович, многие больные специально к нему ложатся. Мы же столько пациентов потеряем, столько денег!

– Деньги деньгами, а трудовая дисциплина – это вам не шутки, уважаемый!

Я зазевался, и мой скандворд с шумом полетел на пол. В кабинете настала мертвая тишина, и все взгляды обратились к моей несчастной персоне. Штейнберг постучал карандашом по столу и ехидно сказал:

– А вот у Ладыгина есть предложение! Владимир Сергеевич, что вы имеете сказать по этому поводу? И, кстати, что там у вас с тем сигналом – разобрались?

Мне пришлось подняться и под всеобщими насмешливыми взглядами произнести:

– У меня?

Я чувствовал себя как школьник, который громко грыз сухари на показательном уроке по литературе.

– Да, у меня есть предложение. Если дело стало за подходящими ценными кадрами, то могу предложить отличного хирурга и замечательного человека – Николая Воробьева.

Большого ума человек, к тому же имеет высокую профессиональную классификацию. А с сигналом все нормально: у Сергеенко нет больше к клинике никаких претензий, – бодро сказал я и сел.

Штейнберг посмотрел на меня удивленно и обратился к Лямзину:

– Ну, как, Степан Алексеевич, готовы протестировать новый кадр?

Лямзин поерзал на стуле, прокашлялся и ответил:

– Родина сказала – «надо», мы ей ответили «есть!».

– Ну и замечательно. Продолжаем наше заседание.

По причине расширения…

Скандворд разгадывать уже не было никакой возможности, поэтому остаток планерки я провел, разглядывая профиль заведующей детской терапией – Людмилы Павловны. Профиль был интересным и доставил моему рассеянному вниманию несколько приятных минут.

По окончании планерки все разбрелись по своим рабочим местам. Я же побежал звонить в центральную районную больницу, где прозябал в хирургах мой талантливый друг.

* * *

– Наташа, откуда у тебя это платье?

Девушка резко повернулась:

– Дима? Я не слышала, как ты вошел…

– Ты мне не ответила, Наташа.

 – Суровый взгляд из-под красивых ресниц осматривал с ног до головы нарядную тоненькую фигурку.

– Купила, – мрачно ответила девушка, снова повернувшись к зеркалу.

– А откуда деньги взяла? – по-прежнему хмуро допытывался Дима.

– Мама прислала.

– Не ври. Мама тебе деньги на прошлой неделе присылала, и ты их за квартиру отдала.

– А она еще прислала. На день рождения.