Доноры за доллары

А вы – работайте, работайте, друг мой. И вам это зачтется. Когда планируете нас осчастливить в следующий раз?

– Как и договаривались – в среду ночью.

– Вот и славненько. А теперь, я думаю, вам пора, а то кто-нибудь хватится.

– До свидания.

– До скорой встречи, доктор.

* * *

Он смотрел на темно-бордовый столбик крови, который медленно поднимался в шприце, вонзившемся в его разбухшую вену.

– Доктор, а у нас правда все получится?

– Не нервничайте, Виктор Анатольевич, все будет в порядке.

– А как с деньгами? – продолжал елозить пациент, сгибая руку и морщась.

– Деньги получите, после того как мы все успешно закончим.

– А это не опасно?

– Я же вам говорил – сумма, которую мы вам выдадим, с лихвой покроет все ваши переживания, моральные и физические издержки. – Врач дописал направление и протянул его больному.

– И куда мне теперь? – спросил тот, все еще не придя в себя от того количества процедур, которые ему сегодня пришлось пройти.

– Там написано: 321 кабинет, к терапевту, – спокойно проговорил врач, стягивая с себя стерильные перчатки.

– Спасибо вам, доктор, спасибо. – Мужчина неловко встал, грохнув стулом об пол, и неуклюже попятился к двери.

* * *

– Собака лает – караван идет, – лукаво объявил Колесняк, доставая из-под халата бутыль со спиртом. – А ты боялся – «дежурная, дежурная», – подтрунил он над товарищем. – Ловкость рук – и никакого мошенничества! Наливай, фотограф!

Фесякин, воровато озираясь, прокрался в коридор, выглянул за угол и так же осторожно прикрыл за собой дверь.

– А почему – фотограф? – тупо спросил он у Колесняка, который уже ловко нарезал скальпелем копченую колбасу на расстеленной клеенке.

– Не знаю, – откликнулся тот. – Фотограф – и все. Ну, ты че опять напрягся? – спросил он у вновь подскочившего санитара.

– Да ну тебя. Ты, Костян, у нас человек новый и не знаешь, как тут напрягают. А у меня уже было последнее предупреждение. После этого – докладная в деканат – и кирдык!

– А-а, расслабься, – поморщился Костян, облизывая пальцы.

– Не скажи, – ответил Фесякин, разливая спирт по мензуркам. – Полна клиника народу: всякие дежурные медсестры, реаниматоры, бригада хирургов, «Скорая»…

– И все сидят себе и мирно квасят, – продолжил Колесняк и опрокинул жидкость в рот. – Я тебе что, Коля, скажу, – продолжал он, смачно пережевывая бутерброд. – Ты меньше потей – меньше пахнуть будешь.