Дорога из пекла

А когда летишь чуть выше – это нагромождение белых гор и ущелий – пейзаж, конечно, занимательный, но только для новичков, потом привыкаешь и просто перестаешь обращать внимание… Даже раздражает порой эта нереальность, иллюзорность громоздящихся за стеклом и изменяющихся на глазах белых облачных гор, которых на самом деле не существует…

…Может быть, причиной тому ранний звонок Григория Абрамовича, который разбудил меня ни свет ни заря, может быть – нервное напряжение из-за новостей, которые он мне сообщил, но я, минут пять посмотрев на проплывающие под нами горы облачной ваты, попросту задремала и проснулась уже, когда самолет начал снижаться и вынырнул из-за нижней кромки облаков…

– Едрена-матрена! – сквозь сон донесся до меня возглас Кавээна, и я поняла, что увидел он что-то достойное этого возгласа.

Я с трудом открыла глаза и взглянула в иллюминатор… Мы летели низко, и поначалу просто трудно было понять – что под нами…

Впереди горизонт застилала сплошная стена тумана, за которой ничего нельзя было рассмотреть… Мы летели тоже в тумане, но гораздо более редком.

С трудом, но можно было различить, что там внизу, на земле… Я видела огромные черные пятна, но не узнавала даже характер ландшафта – что это? поле? луг? лес?..

Ну, конечно же – лес! Если быть точной – гарь, образовавшаяся на месте леса… на мгновение показывалась, например, отдельно стоящая дымящаяся сосна и тут же пропадала из поля зрения… Изредка встречались островки зелени, по краям окаймленные поблескивающим сквозь дым пламенем… какая-то извилистая лента, чуть более светлая по окраске, тянулась сквозь черное пространство по земле, делая плавные повороты то в одну, то в другую сторону.

Я не сразу догадалась, что это лесная река, по берегам которой сгорели только верхушки деревьев, а нижняя крона, расположенная близко к воде, осталась зеленой, только сильно подсохла, словно осенью…

Несколько черных прямоугольников, беспорядочно разбросанных на берегу этой обгоревшей лесной реки, не могли быть не чем иным, как небольшой деревушкой, выгоревшей дотла, сквозь дым можно было различить поблескивающий огонь на догорающих бревнах…

Под нами был мертвый лес… Лет пятнадцать-двадцать понадобится, чтобы на выгоревших лесных массивах вновь появилась зеленая поросль.