На гребне войны

Он бил с обеих рук, вкладывая в удары все свое умение и силу, стараясь передвигаться стремительно и неуловимо, что при его комплекции делать было не так просто, но ни один из его ударов так и не достиг цели. С небрежной усмешкой глядя на него, Рокотов легко уходил от прямых ударов или отражал самые замысловатые. Когда секунд через пятнадцать мокрый от пота, сопящий, как морж, Райков остановился, чтобы перевести дух, Сергей одним неуловимым движением двинул его к краю палубы и завалил на фальшборт.

– Если ты не перестанешь дергаться, клоун, – с холодной яростью зашептал он ему на ухо, – я отправлю тебя немного охладиться. Скажи своим, чтобы притухли, а то всех здесь оставим крабов кормить. Видишь, какая у нас машинка на турели? – Он повернул голову Райкова так, чтобы тому был виден сорокапятимиллиметровый зенитный пулемет. – Изрубим в капусту.

Кое-кто из команды «Сальмона» заметил эту стремительную потасовку. Люди на кораблях, подобных «Сальмону», ходили горячие, поэтому, побросав коробки, некоторые кинулись было на подмогу своему капитану: одно дело отбить товар, используя перевес в силе и скорости, – с этим они как-то еще могли смириться, это было как бы негласным правилом – кто сильней, тот и съел, и другое – когда на твоих глазах навешивают твоему же капитану.

Команда «Вэндженса» пока не трогалась с места, ожидая приказа, но все замерли в напряженном ожидании, а кое-кто потянулся за оружием.

Капитан «Сальмона» понял, что дальнейшее сопротивление может привести к необратимым последствиям.

Когда-нибудь, возможно, очень скоро, уж он приложит к этому все усилия, он отплатит за обиду этому длинноволосому человеку со шрамом на лбу, но пока было не его время.

– Ша, пацаны, стоять на месте, – Райков отсемафорил своим матросам, – это мы так шутим, не видите, что ли? Давай, ребята, быстрее сгрузим этот гребаный ром, нам еще до берега добираться!

Моряки «Сальмона» снова нехотя встали по местам, передавая коробки из рук в руки.

Проверив, много ли еще груза осталось в контейнере, Рокотов вернулся на борт «Вэндженса». Погода неумолимо портилась. Ветер все усиливался, неся с собой грозовые тучи, так что с минуты на минуту мог начаться хороший ливень. Чтобы не заниматься этим во время шторма, ящики с ромом сразу же спускали в трюмы, где устанавливали в два ряда, во избежание падения.

До конца погрузки больше не произошло никаких эксцессов.