Долг грабежом красен

Под самой крышей будки красовался приличных размеров плакат, гласивший: «Скупка акций завода „Нефтьоргсинтез“.

Поначалу заводской люд недоумевал по поводу столь необычного киоска. Однако вскоре по заводу прошел слух, что будка поставлена главным инженером Соловейчиком, которого директор выгнал с завода.

Соловейчик пользовался гораздо большей популярностью, чем гендиректор Веселовский, поскольку, в отличие от директора, не стоял у кормушки и считался в глазах заводчан даже лицом гонимым.

Избиение Григория в его собственном кабинете добавило ему еще и ореол мученика, поэтому для работников завода продажа акций именно Соловейчику была не только более выгодной коммерческой сделкой, но и своеобразным актом восстановления справедливости.

Поэтому поток акций в будку Соловейчика, как ее моментально окрестил народ, заметно усилился.

Однако, как и следовало ожидать, не всех обрадовало появление этой будки у ворот завода.

Вскоре перед будкой остановилась «девятка», из которой вышел крепкий парень, одетый в спортивный костюм.

Он подошел к окошечку и, облокотившись о стенку, нахально обратился к девице:

– Ты чья будешь, дочка?

– В каком смысле? – не поняла девица.

Такой ответ привел парня в явное раздражение.

– Я тебя спрашиваю, ты от какой фирмы здесь акциями торгуешь, дура? – рявкнул он.

– От фирмы «Солоком», – обиженным голосом парировала та и добавила: – Сам дурак, – после чего захлопнула окошко перед самым носом парня.

– «Солоком», значит, – произнес задумчиво он. – Понятно…

Парень развернулся и решительным шагом направился к припаркованной «девятке».

Усевшись за руль, он включил мобильник.

– Вован, это Леха звонит. Скажи Олегу, что будка, которая появилась у завода, – это будка Седого с Самбистом. Телка, которая здесь акциями торгует, подтвердила, что это фирма «Солоком», а это их контора… Спроси, что делать-то. Может быть, поджечь ее вместе с этой козой?.. Ага, все понял, сейчас еду…

Однако после обеда к будке подъехала целая кавалькада машин.

Первой подкатила «девятка» все того же «спортсмена», из которой, кроме него, вылезли еще четверо таких же здоровенных амбалов.

Следом за «девяткой» остановился бортовой «КамАЗ», а за ним расположился передвижной автокран на базе «ЗИЛа».

Четверо амбалов подошли к будке и легко, словно она была сделана из картона, качнули ее из стороны в сторону, радостно гогоча.