Последняя стрелка

 – Что разоряешься, как петух на параше? Закрой свое хлебало, и полезайте оба в машину. Сидеть тихо и ждать меня! Я сейчас вернусь. Все ясно?

Не отпуская оторопевшего Виталия, Полунин повернулся к Батону. Тот, оцепенев под взглядом Владимира, словно жаба перед ужом, судорожно сглотнул и едва заметно кивнул. Полунин усмехнулся и, отпустив Фиксатого, не оборачиваясь, стремительно пошел к ресторану.

Охрана в дверях молча расступилась, пропуская Владимира внутрь. Он даже не посмотрел на них, направившись в глубину банкетного зала, где его ждал Вольцев.

Полунин не мог просто так уйти из ресторана, не поговорив еще раз с этим человеком.

Предложение немецкой фирмы «JEI», переданное ее руководством через заместителя министра, было настолько заманчиво, что пренебречь им было бы просто глупо. Вопрос о возможном дальнейшем сотрудничестве «Нефтьоргсинтеза» с немцами следовало тщательно обдумать, обсудить и лишь после этого принимать решение.

Однако Полунину сейчас было не до того, чтобы размышлять над возможными последствиями сотрудничества «JEI» и своего предприятия.

Его мысли были сейчас заняты Батуриным. Владимир был настолько обеспокоен поведением Фиксатого, что не обращал внимания ни на что вокруг. Иначе бы он просто не мог столкнуться с девушкой.

Она стояла у зеркала возле входа в гардероб и старательно подкрашивала губы. Видимо, кто-то окликнул ее из банкетного зала, и она начала поворачиваться, держа губную помаду в поднятой руке. Именно на эту руку и наткнулся Полунин.

В своем стремительном движении он едва не сбил девушку с ног. Та вскрикнула и, потеряв равновесие, мазнула помадой Владимира по щеке. Полунин успел подхватить ее за талию, невольно прижав к себе. Девушка облегченно выдохнула.

– Извините меня, пожалуйста, – виновато проговорил Полунин, посмотрев девушке в лицо.

На вид ей можно было дать не больше двадцати двух – двадцати трех лет. Девушка смотрела на него пронзительной голубизны глазами, а по ее тонким, красиво очерченным губам скользнула легкая, чарующая улыбка.

Одной рукой девушка держалась за плечо Полунина, а другой, ненароком коснувшись его груди, поправила белокурые волнистые волосы.

– Это вы меня извините, – с легким вздохом ответила она. – Я такая неловкая. Нужно было посмотреть, прежде чем поворачиваться. Ой, я вас помадой измазала! Сейчас сотру... Господи, забыла платок! Какая же я рассеянная.

Девушка начала рыться в сумочке, но Полунин остановил ее.