Последняя охота

Афоня приволок из дому. Из дому какой-то своей подружки, разумеется. Н-да… – протянул он, увидев последствия славных кошачьих деяний. – Не кот, а тунгусский метеорит какой-то. Я давно говорил, что его надо сбагрить соседям, и дело с концом. Старуха их, Анна Игнатьевна, давно на этого замудонца глаз положила.

– Ты на работе был? – спросила Наташа, рассматривая новые и, очевидно, дорогие джинсы мужа, которых она еще никогда не видела, и черную футболку, обтягивающую его торс и выгодно подчеркивающую рельефную мускулатуру.

Еще полгода тому назад Наташа любовалась сложением мужа, выставлялась перед подругами: дескать, вот какой мне мужик достался фактурный, не то что ваши задохлики, которые ничего тяжелее бутылки пива поднять не могут. Теперь же она все чаще ловила себя на мысли, что не одна любуется Владимиром, имевшим весьма выигрышную внешность, особенно на фоне провинциального контингента, то бишь населения города Воронежа.

Услышав вопрос жены, совершенно очевидно, продиктованный недоверием, Владимир показательно рассмеялся и, вынув из холодильника съестное, до которого не успел добраться кот Тим, сказал:

– Да ты что, Наталья Михайловна, в самом деле? А где же я, по-твоему, был?

Наташа села напротив и сказала, сделав страдальческое лицо:

– Мне так надоело.

Я все время одна. Такое ощущение, что ты забыл о моем существовании.

– У тебя что, деньги кончились? – спокойно отреагировал Влад.

– При чем тут деньги? – с раздражением бросила Наталья.

 – Деньги тут вовсе ни при чем. Ты даже Новый год не потрудился со мной встретить! Отправил в Таиланд под конвоем отморозков и одной шелудивой сучки.

– Ну что за выражения, Наташа? – поморщился Владимир.

– А сам тут пьянствовал со своим Фокиным! С ним ты времени проводишь раз в пять больше, чем со мной!

– Он же мой коллега.

Слово «коллега» было произнесено с издевательским французским прононсом, и это откровенно взбесило Наташу. Она глянула в упор на Влада:

– По-моему, тебе не надо было жениться, Володя.

Как был раздолбаем, так и остался. Ты хоть бы о Димке подумал, о сыне, а?

– Вчера думал, – сказал Свиридов, отрезая себе кусок сыра. – А пиво кончилось, что ли? Ты не купила?

– Выпила!

– А я смотрю, что ты, верно, от пива и поправилась, Натуля, – глубокомысленно заметил Свиридов, окидывая цепким взглядом фигуру жены. – Короче, ты того… растолстела немного.

Наташино терпение лопнуло.