Разговорчики в строю

Неужели так могут жить простые майоры родной российской армии? Тем не менее один из ключей, что были у Евгения Сидоровича, подошел к замку в калитке, и он скрылся внутри, не приглашая никого последовать за ним. Отсутствовал он недолго и вернулся в военных штанах, но вместо кителя с погонами надел на себя олимпийку. Потом он посмотрел на всех сидящих в машине, покачал головой и снова ушел внутрь, и вернулся в теплой куртке военного образца.

Все оказалось рядом – одноэтажный бокс гаражей шел сразу же за бараком, в котором и обитал майор с одним-единственным солдатом.

Открыв ворота, хозяин предложил гостям зайти внутрь. Мудрецкий только заглянул и присвистнул: метров сто по площади были завалены разрезанными на части остовами старых катеров – сплошной дюралюминий, не просто так. Лейтенант даже засомневался, влезет ли у них все в кузов. Простаков, увидев кучу металла, сник – ему предстояло конец дня провести в очень напряженном темпе. Валетов стоял рядом и пищал:

– Леха, мы не сможем.

Давай откажемся, а, Леха?

Продемонстрировав собственное состояние, Лопата с удовольствием наблюдал отеки на лицах гостей.

– Да ниче, – наконец сообразил он, у кого тут главные опасения, и подошел к Простакову и Валетову, – мужики, вы че думаете, мы че, не люди, что ли? Сейчас бригада подъедет – все закидаем. А вы отдыхайте, вам ведь разгружать еще.

Леха не верил словам этого самого близкого сейчас ему человека, у них ведь и даже лица похожи, они, как братья, только у этого щеки обвислые, ну так это не страшно, главное же – о солдатах думает.

И на посту у него солдат сидит, пиво пьет. Это же рай – не служба. И тут за него всю работу выполнят.

Мудрецкий, если бы он только пришел служить, сейчас заставил бы своих подчиненных так же помогать при погрузке, но армия ему потихоньку мозги ставила на место, и поэтому он безропотно согласился предоставить напрягаться местным, еще пока не наблюдаемым, грузчикам.

Вован улыбался:

– Откуда катера-то?

– Да, поехали за бригадой, я тебе расскажу по дороге.

 – Майор и предводитель их поездки исчезли.

Коля, глядя на огромное количество металла, которое предстояло перекидать в кузов, поздравил Простакова с тем, что тому не придется мучиться. Гараж простодушный абориген закрывать не стал, и у солдат появилась возможность ознакомиться с марками катеров, распиленных на металлолом: здесь были и «Казанки», и «Прогрессы», и даже «Амуры».