Самая срочная служба

Наконец они каким-то чудом справились с судорогами, потому как все-таки напряжение было не очень большим, и выбрались на берег. Остальные двое перепрыгнули через пустяковую лужу, и теперь против Валетова было четверо озлобленных мужиков.

Тот самый водитель, который привозил эти кирпичи, держал в руках монтировку.

– Ну чего, пацан? Ты с нами позабавился, теперь мы с тобой позабавимся?

Широкоплечий мужик, видать, тоже весьма охочий до водки, подергал его за рукав.

– Не надо сейчас, – зашушукал другой, – нам кирпичи нужны.

Его просто свяжем.

Валетову перспектива быть связанным показалась не слишком заманчивой. А что он мог поделать? Сказать «не надо»? И тут он опознал среди четверки вышедшего из тени завхоза Шпындрюка.

– Ничего, пацан, ты будешь молчать.

Михаил Афанасьевич стал приближаться.

– Будешь, будешь молчать. Навсегда замолкнешь.

Это была уже серьезная угроза. Валетов скрылся за брезентовым пологом, и мужики рассмеялись:

– Не спрячется, никуда не денется.

Один дядечка открыл завесу и обомлел.

Сидя верхом на свинье и держа в руках импровизированное копье, Валетов в свете небольшой горящей лампочки предстал чудо-рыцарем из сказки, оседлавшим огромное животное.

Полусонный Терминатор вяло водил ушами, уже привыкнув к тому, что на него время от времени залезает его новый хозяин.

– Чего вы встали? – отбрасывая брезент в сторону, командовал завхоз. – Хватайте его. Вы что, свинью не видели?

Двое, которых трясло под током, несмело двинулись навстречу Валетову.

Тот моментально выставил вперед копье, на конце которого был привязан кусок хлеба. Терминатор очнулся. Может быть, и говорят, что свиньи неразборчивы в еде, но это только на первый взгляд. Вкусненькое помнят все. Огромная туша сделала несколько шагов навстречу грабителям, мечтая заполучить кусочек хлебушка при свете электрической лампочки. Острие копья тем временем угрожающе смотрело на нападавших.

– Э-э, парень.

Теперь вся четверка застопорилась. Казалось бы, чего такого, захомутать мелкого парнишку, чтобы он не мешал им заниматься своими темными делами, но как быть с десятицентнеровым кабаном, который с каждой секундой все больше набирает ход и стремится именно к выходу, прямо на них?

Воры шуганулись и стали отступать по единственной тропинке обратно к машине.

Тем временем Терминатор разгонялся. Его бесило то, что который день он никак не может достать этот кусок хлеба, болтающийся на веревке, то, что вокруг посреди ночи почему-то стало светло.