Танец гюрзы

Им давалось определенное кодовое имя, и офицер работал в отделе исключительно под ним.

Все подчиненные полковника Платонова, завзятого меломана и поклонника классической музыки, знали его маленькую слабость – давать офицерам отдела кодовые обозначения, имеющие самое прямое отношение к музыке. Офицеры бывшей контрразведки, составлявшие элитное подразделение «Капелла», носили наименования «Бетховен», «Шопен», «Глинка», «Штраус» и тому подобные.

Они знали друг друга исключительно по этим прозвищам и не подозревали, как кого зовут на самом деле.

Так, под именем агента Вагнера скрывалась персона лучшего друга Свиридова Афанасия Фокина.

Да и сама спецгруппа носила явно музыкальное название, а полковник Платонов проходил в соответствующих сферах под именами «Дирижер» или «Скрябин».

Кстати, единственный, кто имел не музыкальное кодовое имя, был лучший офицер отдела – Владимир Свиридов.

Он работал под этаким историческо-астрологическим именем «Стрелец».

Свиридов посмотрел на все еще не отрывающую от него пристального взгляда Полину и неожиданно произнес – совершенно безотносительно к разговору:

– У вас очень опасные глаза, Полина.

Вам никто не говорил, что за такие глаза раньше сжигали на кострах?

– Что вы имеете в виду, Владимир? – холодно спросила она.

– Инквизиция точно приняла бы вас за ведьму. Вот что я имею в виду.

Она улыбнулась:

– Разве я такая страшная?

– Вы думаете, ведьмы были страшными, безобразными, всклокоченными старухами? О нет.

Преимущественно они являлись красивыми молодыми женщинами. И очень часто – не в меру красивыми. Ну, хорошо. Мы отвлеклись от темы... Значит, ваш брат – бывший агент отдела ГРУ «Капелла»? – медленно спросил он и вопросительно посмотрел на Афанасия.

По своей форме вопрос был адресован Полине, но по сути предназначался Фокину. Он и ответил:

– Да, Роман – наш бывший коллега. До этого работал заместителем финдиректора «Астрал-банка».

Теперь к нему перешел значительный пакет акций структур, возглавлявшихся его отцом, Валерием Ивановичем, и буквально вчера совет директоров концерна утвердил его своим главой.

– Я до сих пор не могу понять, как погибли Кириллов и папа, – сказала Полина. – Дело в том, что деятели из прокуратуры, ведущие расследование, только разводят руками: дескать, сделано настолько чисто, что ни к чему не придерешься. Работал профессионал. И еще...