Упал, отжался!

Загрохотали подошвы, залязгали затворы. Ворота были за спиной, не так уж близко, и Фрол выскочил из спасительного окопчика. Перебежал к складу, притаился в тени.

– Стой, кто идет?! – крикнул он первой подбежавшей фигуре и щелкнул опустевшим автоматом.

– Идет начальник караула! – ответил задыхающийся голос. Вроде бы знакомый, но смутно. Своего нынешнего начкара Валетов этим вечером увидел впервые и привыкнуть к нему не успел.

– Стой! Девять!

– Три! – откликнулась фигура. За ее спиной замаячили тени с оружием в руках.

Отзыв был правильный – пароль на сегодня назначили «двенадцать», сумма сходилась.

– Начальник караула – ко мне, остальные на месте! – вспомнил устав Фрол. Можно подумать, остальные его прямо со своего места не достали бы, вздумайся им сделать дуршлаг из бдительного часового…

– Ты что, боец, охренел?! Ну-ка, давай отпирай! – Физиономия у начкара была такая, что Валетов на секунду задумался: открывать калитку или попробовать отсидеться за двумя рядами «колючки»? – Что за стрельба?! Сейчас сюда весь городок примчится!

– Разрешите доложить, товарищ капитан! – замок не поддавался, словно сочувствовал бойцу и пытался задержать разгневанное начальство.

 – Погас прожектор, после этого с темной стороны пытались приблизиться посторонние! Я кричал, они не отвечали, пришлось применить оружие!

– Это где?! – тут же насторожился начкар. Валетов стволом показал в сторону расстрелянных кустов. – Так, ты остаешься на месте, остальные – за мной!

Капитан вместе с караульными осторожно двинулся к месту происшествия.

Снаружи. Валетов, чуть приотстав, последовал за ними. Внутри. Завывая и покачиваясь, к посту подъехал «ГАЗ-66», из кузова шустро посыпались здоровенные разведчики во главе с низеньким Волковым. Следом за ними прыгали солдаты химвзвода, прибывшие погибать, но товарища выручать. Из кабины выскочил лейтенант Мудрецкий, сориентировался в обстановке и пошел на звук. Местоположение начальника караула можно было засечь с очень большого расстояния, а вот подойти было сложнее – приходилось пробиваться через бурный и плотный поток могучей русской речи.

Не прошло и десяти минут, как сменившийся с поста, лишенный защитного снаряжения и пару раз в суматохе получивший от кого-то по шее рядовой Валетов оглядывал поле своего первого боя. Точнее, вытоптанную в кустах поляну. Посреди поляны, выпучив огромный глаз, валялась окровавленная туша коровы.