Волчий зарок

Станислав, встретившись с Либерзоном, первым делом сунул ему в нос свой экземпляр контракта, где черным по белому было написано, что в случае непогашения задолженности перед поставщиком в течение пяти дней после получения товара Либерзон был обязан заплатить неустойку, в три раза превышавшую всю сумму контракта. Первоначальные выплаты при этом не учитывались.

Ошарашенный Виктор просмотрел свой экземпляр соглашения и подобного пункта в нем не нашел. Он тут же заявил Бережному, что не собирается платить.

Тот только пожал плечами и заявил, что спорить по этому поводу с Виктором он не намерен. Дескать, все решит суд. Либерзон-младший возражать не стал, надеясь, что на процессе разгромит Бережного в пух и прах.

Однако все вышло по-другому. Серьезные эксперты перед началом процесса проверили оба договора. И оказалось, что тот, который находился на руках у Виктора, абсолютная фальшивка. То есть подпись Либерзона и печать его фирмы были настоящими, но вот автограф Бережного был подделкой.

А оттиск печати, сделанный на экземпляре Виктора, был с давно утерянного образца. И копия заявления в милицию о его утрате к делу прилагалась.

Арбитражный суд обязал Либерзона выполнить все пункты контракта в соответствии с экземпляром Бережного. Более того, он обвинил Виктора в подделке финансовых документов и попытке обмануть суд при помощи мошенничества. За что наложил дополнительное взыскание на Либерзона-младшего и фирму его отца.

Но на этом неприятности у семьи Либерзонов не закончились! Та организация, с которой Виктор уже сам заключил договор о поставке бензина, выставила ему иск, согласно которому Либерзон должен был выплатить ей довольно солидную сумму за нарушение обязательств контракта.

– Теперь, Володя, я совершенно разорен, – тяжело вздохнул Игорь Зямович, заканчивая свой рассказ. – Ни один уважающий себя банк после такого процесса кредит нам давать не собирался. Тех средств, что я имею в наличии на сегодняшний день, хватит на погашение лишь половины требуемой суммы.

И даже если мне удастся продать квартиру, машину, жену и беспутного Виктора в придачу, покрыть больше двух третей задолжностей я не смогу. Бережной дал мне две недели на сбор требуемой суммы, после чего он собирается передавать дело из арбитражного суда в областную прокуратуру. Надеюсь вам, Володя, не нужно объяснять, чем мне это будет грозить...

Либерзон замолчал и вновь начал перекладывать на столе бумаги с места на место.