Воля под наркозом

С удовлетворением я отметил, как поднялась и начала опускаться грудная клетка. После повторения процедуры дыхание полностью восстановилось.

Я машинально все-таки вытер губы рукавом халата и поднял голову. «Двое из ларца, одинаковы с лица», как я про себя иногда называл Вадика и Славика, уже стояли рядом, ожидая дальнейших указаний. Я убрал марлевую повязку с лица неожиданного пациента и снова подивился его неестественной худобе и изможденности. Складывалось впечатление, что человек не ел несколько суток. И не пил, добавил я мысленно, проведя рукой по его иссохшему лбу и щекам.

Едва ли руководство одобрит, если я притащу в нашу элитную, черт возьми, спецбольницу этот бесплатный «подарок». Словно в ответ на мои мысли Вадик неуверенно произнес:

– Первый раз вижу бомжа при галстуке и в туфлях, которые стоят примерно столько, сколько я получаю за год.

Только теперь я сообразил, почему вид субъекта вызывал у меня такое недоумение – он больше походил не на бездомного нищего или алкоголика, с которыми я сравнил его по привычке, а на потерпевшего кораблекрушение состоятельного человека.

Его костюм, если не принимать во внимание многочисленные дыры и местами налипшую кусками грязь, говорил о хорошем вкусе и достатке своего хозяина и явно был сшит на заказ или куплен в дорогом бутике. Я снова подумал о Мишке Колесове.

– Чего ждем? – гаркнул я «молодцам». – Аккуратно на носилки и в машину. – Мне не терпелось взглянуть на пациента при нормальном свете.

Санитары рванулись выполнять приказ.

Совместными усилиями мы уложили странного прохожего на носилки, Славик и Вадик рысцой двинулись к машине. Передо мной, как из-под земли, тут же вынырнул водитель «Мерседеса».

– Может, без милиции обойдемся? – просительно затянул он. – Клянусь, он сам упал.

Ага, голубчик, очень кстати. Я и забыл про тебя совсем. Милиция тебя пугает? Оч-чень хорошо!

– То есть как это сам? – грозно начал я, жестко ткнув пальцем в волосатую грудь, украшенную массивной цепью. – Где это вы видели, чтобы человек сам перед машиной падал? Ничего не знаю, милиция разберется! Пострадавший получил серьезные повреждения, лекарства, лечение, моральный ущерб, наконец, – кто оплачивать будет? А если он вообще не выкарабкается? Я вас спрашиваю!

Отступая под моим натиском, водитель медленно, но верно сдвигался в сторону крайней полосы, по которой одна за другой мчались машины.

Еще один пациент мне ни к чему, благоразумно решил я, сгреб парня в охапку и потянул к «Мерседесу».