Всякому волку свой волкодав

Величко растерялся, но потом подхватил девушку на руки, чтобы отнести в комнату. Он решил, что ее слова обращены не к нему, а к кому-то из сна.

– Саша… поцелуй меня, прошу, – повторила девушка. Этим прямым обращением она сразу разрушила его иллюзии относительно сна и заставила вздрогнуть. – Сейчас поцелуй, – торопя к действиям, повторила Лера, и детский ротик ее со стоном слегка приоткрылся.

– Вот еще, – торопливо фыркнул Величко, испугавшись самого себя и своего тела, как-то совсем неадекватно реагирующего на слова девочки, ему в дочери годящейся.

Этот припухший ротик, этот стон – они каким-то странным щемящим эхом отражались внизу его живота и приятно щекотали в паху. – Нет, – испуганно сказал он и тут же, как бы извиняясь, добавил: – Не хочу, чтобы мне потом твой папочка голову свернул.

– А мы ему не скажем, – продолжала настаивать на своем Валерия.

– Нет, – повторил он еще грубее.

– Господи, почему вы все так боитесь моего папочку? Кто он, в конце концов, такой, чтобы лезть в мои…

– Я его не боюсь, – перебил он ее.

 – Я просто выполняю работу, за которую мне платят.

– А если я тоже тебе заплачу… за личные услуги? – приоткрыв глаза, нежно прошептала соблазнительница, с которой частично уже сошел хмель. – Тогда ты согласишься провести ночь в моей постели?… Вот увидишь, нам обоим это будет приятно. Всегда мечтала оказаться в объятиях взрослого и такого сильного, как ты, мужчины, – закончила Лера.

– Все равно нет, – судорожно сглотнув слюну, грубо ответил Александр.

Но скрыть растерянность ему не удалось.

– Я тебе не нравлюсь? – пробубнила обиженно Лерка. – Скажи, не нравлюсь, да? – повторила она совсем уже по-детски.

– Нравишься, но я… – замялся Величко. – Понимаешь, я не поклонник случайных связей. Я однолюб, наверное. И потом… я стар, – нашелся он наконец, что сказать.

– Ты дурак! – обиженно и одновременно уверенно произнесла девушка. – Тебе, можно сказать, на блюдце с голубой каемочкой преподносят самый лакомый кусочек с барского стола, а ты от него отказываешься, не попробовав.

Ты даже не мужчина, – с жаром выпалила она последнюю фразу и, резко спрыгнув с держащих ее рук на пол, фыркнула и умчалась в комнату. Вслед за этим громко хлопнула дверь. Александр устало вздохнул и, развернувшись, пошел вниз, бубня себе под нос что-то типа: «Вот именно, с барского стола».

В эту ночь ему не спалось. Эта глупая девица сумела взбудоражить его давно уснувшие инстинкты. Он не понимал, что с ним творится.