Свет далеких звезд

Он поднялся по лестнице, в коридоре автоматически зажегся свет. Стивенс преодолел еще несколько ступенек, держась за перила, потянулся к ручке. Но дверь в квартиру приоткрылась сама, послушная и не нуждающаяся в посторонней помощи.

– Добро пожаловать домой, мистер Стивенс, – певучий женский голос приветствовал его.

– Ну, привет, как прошел твой день? – съязвил старик. – Хорошо, спасибо! А твой? – не мог угомониться он.

– Температура воздуха в помещении семьдесят градусов по Фаренгейту, установлен оптимальный уровень влажности, – перечислял голос без выражения.

– Чайник, – недовольно произнес Стивенс.

В углу кухни засветился и тут же погас, вскипятив воду, заполненный чайник.

– Пара секунд, ха-ха. А ты у меня шустрая, хозяйка, – буркнул Стивенс.

Он вспомнил Магду. Когда-то, кажется, совсем в другой жизни, они сидели здесь, у открытого окна, из которого тянуло удушливыми выхлопами от проезжающих машин. На плите, разбрызгивая масло, жарился сочный стейк, присыпанный душистыми травами.

От сковороды исходил пахучий дымок, обволакивающий всю кухню. Магда читала увесистую книгу, опершись рукой о стол, покрытый хлопковой скатертью.

– Стейк! – скомандовал Стивенс.

Внутри прозрачного куба шустро заходила игла, отпечатывая розовый кусок мяса прямо на нагретую поверхность плиты. Старый добрый хорошо прожаренный стейк без запаха, без дыма, без жира, без души.

Стивенс аккуратно взял мясо, положил его на тарелку. Он провел ладонью по гладкой поверхности стола.

Темные недра ожили, запел веселую песню рекламный ролик, в правом углу высветились последние новости, в левом мерцала поисковая строка. В открытое окно дул чистый свежий ветер. «Слишком многое изменилось, Магда, я не узнаю наш дом», – мысленно пожаловался жене Стивенс.

– Папа! – в коммуникаторе появилось лицо Джона.

– Сын, разве ты не видишь, что я ужинаю? – мрачно пробормотал Стивенс, раздосадованный тем, что его размышления прервали.

– Папа, слушай, я получил данные с твоей зубной щетки.

У тебя кариес в зубе, снизу справа. Папа! В наше время кариес ну просто… – Он запнулся. – Скажут, что я за тобой не ухаживаю! Я записал тебя на завтра к дантисту.

Кусок мяса застыл в воздухе, не достигнув открытого рта Стивенса. Его испещренный морщинами лоб нахмурился еще больше.

– Научись хорошим манерам, Джонатан! – прорычал Стивенс. – Или ты еще доложишь мне про датчики моего унитаза?

– Не бушуй, отец, – миролюбиво ответил Джон.