«The Coliseum» (Колизей). Часть 1

Только кто-то остается среди людей, а кто-то уже никогда, слышишь, никогда не полюбит! Я просто дам тебе ключ, способ достойно выйти… Предложение на предложение – нужно сказать: «А самому слабо бросить? Или уже спекся?» А им слабо, понимаешь? Слабо!!! Самая страшная их тайна и ты вдруг, её знаешь. Пощады не жди. И вот тут будь мужчиной, не маменькиным сынком, сам, без отца. Поверь, мне всё это знакомо.

– Тебе?

– Мне, родной, мне. И еще поверь, откажешься – зауважают. Все. И те, что с тобой, и другие.

Оглядись… сколько ломаются, пропадают. А белые вороны остаются жить. Но на авторитете тоже можно играть… Да здесь уж, сам… разберешься. Обещай мне, ну…

– Да никому я не нужен. Там принцип – хочешь, не хочешь, типа, решай сам.

– Это тоже прием, будто всё равно. Способы разные, много способов… а цель одна… – подсадить и получать то, от чего уже не могут сами отказаться. Даром, за счет таких как вы. Нет у них уже выхода. Самый доходный лохотрон в мире, как говорили в моей молодости.

«Нету лоха – нет притока» – любил повторять один сокурсник. Кстати, знакомый отца.

Отец-то как раз смог устоять. И знаешь почему?

– Ну, почему? – машинально и уныло протянул Дмитрий.

– Потому что мать ему говорила эти самые слова! Что сейчас и я. Он, взрослый мужчина, признавался мне, что мама спасла его.

Полина к месту и просто по привычке использовала бывшего мужа даже сейчас, после стольких лет развода, причины которого ни за что не назвала бы.

– А над знакомым, уже памятник… столько лет.

– Отец?!

– Я же говорю, почти каждый прошел через это.

– А почему он никогда…

– Потому что считает тебя сильным. Да и мал ты был… а сейчас… уж не знаю, о чем вы говорите когда видитесь.

– Да ведь год как ездил к нему… Ты ж сама куксишься… Мать словно не слушала.

– Меня вот бог уберег, а сколько подруг, друзей хотели казаться взрослыми. И повзрослели… за год. Состарились так, что узнавать перестала. Внешность таких ударов не держит.

Всё помню. Обещай… и я пообещаю, что больше никогда не коснусь этой темы.

– Ну, хорошо… ма, обещаю, – радуясь окончанию, улыбнулся парень.

– И я, родной.

Женщина обняла сына, незаметно вытирая все еще влажные глаза. Когда тот вышел, она тихо произнесла: «Господи, прости за маленькую ложь…»

Полина работала в пивоваренной компании, которая, впрочем, разливала и множество других напитков. Четырнадцать лет как один день.