«The Coliseum» (Колизей). Часть 1

– Вот это да! – Восхищенно протянула она.

Тут Лена заметила еще одни двери, напротив, с медными полосами крест-накрест – единственное, что вносило некую дисгармонию в ощущения. Однако живописная оранжерея и отдаленные, слышимые из анфилад приятные звуки музыки, голосов и чего-то еще, окончательно успокоили девушку.

– Здорово! – прошептала гостья. – Для кого это всё?

– Для тебя. Сегодня всё для тебя! – герцог высвободил локоть и развел руками. – Я же обещал!

– А что там? – Лена кивнула на галереи.

– Самое необходимое.

Ради чего мы здесь. Я подарю лишь то, что обещают вам родители, мм… большинство, только чуть раньше. Однако, покажу красоту финала. Ты получишь всё… и вернешься другой. Непременно другой, – добавил он и, чуть склонив голову, указал налево, приглашая следовать туда.

В этот же момент Жи Пи взял ее за руку и потянул в сторону дверей с медными крестами.

– Нам надо торопиться малыш, – герцог недовольно поморщился. – Не повторяй прежних ошибок.

Но мальчик с мольбой смотрел на гостью.

«Прошу тебя, зайди», – говорили глаза.

– Что там, Жи Пи? – Лена удивленно подняла брови.

– Добровольный пленник, – отрезал герцог, стараясь казаться равнодушным. – Нежелающий смотреть в мир. Всего-то. – И помолчав, добавил: – Не стоит тревожить чужие раздумья и мешать причудам. Мы лишние в том молчании, поверь.

– Там заперт Великий Слепой, – тихо сказал маленький спутник. – Он очень хотел бы смотреть в мир, но не может. Не может вынести. Ему нестерпимо больно.

– Я же говорю, не стоит. И потом, его нет в твоих мыслях. Впрочем, как и в мыслях других. Мы прячем его от людей, для их же блага.

– Зайдите, мадам, – в голосе мальчика послышались нотки отчаяния.

– Я хочу посмотреть, – Лена упрямо подняла голову, показывая, что уже не маленькая и хотя бы в чем-то с ней нужно считаться. На самом деле, она вспомнила молодого парня в черных очках с палочкой, которого по дороге в школу встречали с Полиной. Воспоминание, усиливая любопытство, снова родило ту настойчивость, с которой всё и началось в этой истории.

Здесь мы напомним читателю: точно такое же чувство испытала и Полина, встретив на своем пути незрячего. То же любопытство помогло завладеть билетами. А упрямство привело в кино, а не в цирк, откуда мы повели бы совершенно другой рассказ о двух девочках лет двенадцати. И хотя результатом на этот раз воспользовалась подруга, что ж, видимо, наступила ее очередь. Тут уж ничего не поделаешь, случается.