«The Coliseum» (Колизей). Часть 1

– Ишики-сан, вам нехорошо?

Фотограф несколько секунд молчал. Потом, оставаясь неподвижным, поманил служителя рукой

– Посмотрите… – произнес он почти шепотом, – там… в объективе…

Смотритель наклонился, еще раз вопросительно глянул на гостя и застыл, обхватив камеру.

– Ну? Видите? Кто это?

Тот загадочно пощелкал языком и, не торопясь, произнес:

– Фреска, Ишики-сан. Резьба по дереву. Ее позолотили двадцать лет назад, во время реставрации. Чудесный кадр!

Ишики в чрезвычайном волнении отодвинул старика, совершая немыслимое даже в этике простолюдинов.

Третий взгляд удивленного смотрителя не достиг цели: фотограф уже слился с аппаратом.

– Ну, как же, разве не видите… ветер прогибает пламя, затем бросает языки вверх, а потом снова прижимает к земле! Под ним!

– Под кем?.. Нет, Ишики-сан. Не вижу. Я многого уже не вижу…

АНДРЕЙКА

Бывший москвич, а ныне председатель Иркутского отделения Союза писателей, Виктор Викторович Крамаренко, грузный, но довольно энергичный мужчина с роскошными волосами, ростом выше среднего на излете чудных пятидесяти, а мы допустим, что именно так называют этот возраст люди, в жизни которых было всё, слыл человеком веселым и общительным.

Поддерживая, вопреки установкам сверху, не только молодых и перспективных, а и всех, кто попадался ему на стезе заботы о литературном братстве, он ни на минуту не расставался с чувством юмора даже в самых каверзных ситуациях, которых, как и знакомых, у каждого предостаточно.

К прошлому страны, в отличие от многих в своем окружении, Крамаренко неприязни не испытывал, памятуя, что именно в нём, прошлом, он окончил университет не потратив ни копейки, а власть бесплатно дала ему квартиру в прекрасном районе столицы.

Уведомлением об этом собеседника разговор на известную тему, как правило, заканчивался, ибо возразить серьезно никто не решался. Хорошие же поступки Виктор Викторович ценил необъяснимо высоко. Это знали все. А «необъяснимо», потому как вряд ли кому приходило в голову, что и этой чертой он был обязан нелюбимой многими «той» стране. Примеров таких поступков накопилось множество.

Однажды коллега, вернувшись из отпуска, пожаловался на боль в спине. Сочувствующих было достаточно, однако только Виктор Викторович, узнав причину – тот помогал соседке уложить в постель «неходячую» мать – удивил всех: «А это щедрость души, – заявил он, – жалеть не надо. Раны от щедрости – заживающие». Чем и успокоил мужчину.