Бастард Ивана Грозного

Он вынул из колчана стрелы, вынул и три трубки рогоза, в которые были вставлены длинные шипы, обильно смазанные соком, полученным из клубней аконита, растения знакомого некоторым под названием «Борец». Колючки Санька вставил, как наконечник, в специальные отверстия «тупых» стрел.

Дождавшись прохода каравана, он выпустил три стрелы: одну в затылок рулевому, две другие в шеи гребцам. Расстояние до середины реки было метров двадцать. Санька с такого расстояния не промахивался и в синичку. Почти одновременно все трое конвульсивно задёргались, схватились за грудь и попадали внутрь чёлна.

Яд аконита – нейротоксин и обладает судорожно-паралитическим действием. При попадании в кровь вызывает паралич и остановку сердца.

Длинные шипы ядом были смазаны густо, и дозы вполне хватало для почти мгновенного поражения оленя. Этот яд, родственник «кураре», использовался местными охотниками повсеместно, а Санька узнал про него от Мокши, который показал ему опасные и ядовитые растения. И взял Санька яд из сумки Мокши, когда тот спал после беготни по лесу.

Добившись нужного эффекта от своих выстрелов, Санька оставил лук и стрелы на берегу и сплавал до двигавшегося на прицепе казацкого чёлна. Взобравшись в него, он забрал стрелы, смазал ранки соком крапивы, растерев ещё раньше сорванные листья, и вернулся на берег.

Казаки, на то, что на последнем чёлне не гребут, заметили скоро.

– В чего там? Уснули? – Крикнули казаки, но им не ответили.

– Эй впереди! Чалься к берегу! Что-то снова у Архипа не влад!

– Что там у него?! – Крикнули с впереди двигавшейся лодки.

– Да кто его знает! Уснули, чай!

– Чалься! Чалься! – Послышались крики дальше по реке.

Караван стал прижиматься к лесистому берегу. Последний чёлн подтянули и двое запрыгнули на борт.

– Что там?! – Спросил подошедший атаман. – Спят?

– Какой спят?! – Воскликнули с лодки. – Сразу трое? Не дышат.

Казаков вытащили на берег.

– Глаза какие страшные, – сказал кто-то. – Чёрные, как плошки.

– То зырки раскрылись.

– Так день же?

– О то ж…

Атаман сам осмотрел каждого. Потом огляделся.

– Выставить дозоры, – сказал он не громко и ткнул пальцем в рядом стоящих казаков.

Двое отбежали. Все притихли. Атаман мазнул одному убитому пальцем по шее, сняв подсохшую каплю крови. Потом мазнул этой каплей по внутренней стороне предплечья своей руки.

– Яд11, – сказал он. – Рука немеет. Пёсья смерть. Убили их.

– Кто?! Кто?! – Раздались голоса.