Потомок Елизаветы I

На противоположном берегу стояла группа людей, явно заинтересованных увиденным на нашем берегу.

Я сам неоднократно высаживался на тот берег и как художник рассматривал творение рук своих. Барельеф был закончен и он мне нравился. У воинов появились лица, мечи, опущенные в реку и руки, лежащие на гардах. Появилось ощущение, что воины выходят из воды. У среднего воина на голове была корона, и корона не была плоской. Она была вроде как надета ему на голову и возвышалась над краем скалы.

Я подошёл к краю и оперевшись правой рукой о корону, левой помахал бывшим соплеменникам.

Это были они. Даже с такого расстояния я разглядел Хрымара.

Из-за реки донёсся его рык. Я ответил своим. Я долго тренировался и хорошо разработал все свои резонаторы. Это была моя территория, и я прокачал её, поэтому мой рык получился сильнее и протяжнее.

Я думаю, и Хрымар узнал меня. Он запрыгал в бешенстве по берегу, а я отошёл в сторону и продолжил свою работу. Масса подсыхала, а её ещё надо было вымешивать. Мои подмастерья застыли в нетерпении.

Да и Игра с женщинами, нетерпеливо покручивали ногами гончарные круги и посмеивались, о чем-то тихо переговариваясь.

Я обратил внимание на то, что Игра покраснела, а две её товарки прыснули со смеху. Ещё я заметил, что как раз в это время в городище появился Срок, и взгляды товарок перебегали от него к Игре.

Присмотревшись к Игре, я понял, что она беременна. И тут её взгляд встретился с моим. Глаза её испуганно расширились. Я ухмыльнулся, показал пальцем на свой живот, потом на неё, а потом поднял большой палец вверх.

Что означал этот знак, в городе знали все. Игра заулыбалась. Срок увидел наши перегляды и шмыгнул куда-то за вигвам.

– Процесс пошёл, – сказал я сам себе, отмеряя нужную пропорцию бентонита.

* * *

Будни любого поселения схожи: добывание пропитания, уборка территории, ремонт инвентаря и оборудования, подготовка к зимнему периоду. К последнему относились различные заготовки, изготовление и ремонт зимних вещей. Рутина.

К концу лета передвижение по реке на лодках освоили большинство мужчин. Купание в реке переросло в плавание.

Когда Игра стала «тяжёлой» она в конце «рабочего дня» спускалась с пирса в реку и лежала в воде, держась за доски или брёвна, отдыхая и разгружая, таким образом, позвоночник.

Течение, совсем слабое под скалой, растягивало, и вода приятно струилась вдоль тела. Эта процедура понравилась и другим «горожанам», сначала женщинам, а потом и мужикам.