Бег в темноте

Последние слова он договаривал уже на ходу, круто повернувшись спиной к маячившей невдалеке крупной чёрной фигуре и бодрой, энергичной, но не слишком торопливой походкой двинувшись вперёд, по убегавшей в бесконечную тёмную даль и терявшейся там прямой ленте тротуара.

Никита же ещё раз взглянул на незнакомца, непринуждённо и спокойно шествовавшего по их следам, затем метнул быстрый взгляд на скорченное, безжизненное тело злосчастного бомжа, маленьким грязно-серым пятном выделявшееся в дальнем углу перекрёстка, и, словно что-то сообразив, не медля больше ни секунды, поспешил следом за другом.

– Да-а, – протянул он, поравнявшись со спутником и стараясь идти с ним в ногу, – теперь и я готов признать: поспешили мы уйти с вечеринки. Пожалуй, лучше б задержались чуток… или вообще остались на ночь.

Егор вновь невесело усмехнулся.

– Вовремя ты это признал. Очень вовремя! Как говорится, когда жареный петух клюнул… А впрочем, ты ещё можешь вернуться,– с сарказмом заметил он, пародируя подобный совет, данный ему приятелем не так давно.

– Нет уж, благодарю, – поёжившись, как от холода, промолвил Никита. – Я уж постараюсь как-нибудь до дому доковылять. Нам идти-то тут осталось всего ничего, несколько кварталов.

Да, да, – задумчиво проговорил Егор, проводив глазами блестящую серебристую иномарку, с шумом пронёсшуюся мимо.

 – Если только нам удастся пройти эти несколько кварталов…

После этих слов они многозначительно поглядели друг на друга, а затем, на этот раз не останавливаясь и не замедляя шага, обернулись.

И сразу же разглядели того, кто внушал им всё большую тревогу и, – в чём они пока не хотели признаться себе, – страх. Он находился в этот момент на том самом месте, которое они покинули минуту назад, – на пересечении улиц Минской и Шмидта.

Его необыкновенно впечатляющая, монументальная фигура, облачённая в долгополый, почти до пят, чёрный балахон, несколько напоминавший монашескую сутану, на мгновение отчётливо обрисовалась в свете стоявших на перекрёстке фонарей, а затем, продолжая следовать по пройденному друзьями пути, погрузилась в застывшую над тротуаром смутную сероватую мглу, образованную смешением ночной тьмы и уличного освещения.