Сущник

Но матушка промолчала, и Григорий Степанович продолжил, уже с меньшим нахрапом: – Не пристало нам в нашем положении фарисействовать, надо цепляться за любой шанс. Мальчик – наше будущее. И это будущее должно встать своими ножками на тёплую живую землю, чтобы когда-нибудь всех назаретян и всё человечество привести в землю обетованную, покончив с позорными скитаниями по вонючим тёмным закоулкам. Я за то, чтобы лететь на ту планету.

На грубости деда никто не обиделся, как не обижаются на чудаковатого родственника. Отец же Марчика даже эстетическое наслаждение получил от прений деда с оппонентами и записал себе несколько устаревших нецензурных выражений.

До того, как присоединиться к сообществу физиков, Сергей Николаевич долгое время занимался филологией, и влечение к родной словесности в нём не угасло.

Как ни странно, выступление деда и «три двойки» решили дело. Ковчег прибыл к планете и полчаса провисел над северным полюсом, куда редко заглядывали терроформисты. Обряд посвящения в сущники вообще-то был анахронизмом, но его в некоторых общинах соблюдали даже мумми.

Риск рассуществиться – потерять себя в виртуальности эоса и гэстинга – грозил всем одинаково. Для обряда подходил любой реквизит, лишь бы это было что-то материально-реальное – настоящее дерево, посаженное предками в ковчеге; комната, обставленная антикварной, а не вынутой из дубликатора, мебелью. Иногда ритуал проводили в открытом космосе, посчитав, что нет ничего более сущего, чем свет звёзд. Но то было сомнительно – пустота не место для человека сущего. А терроформируемая планета с настоящей растительностью и даже кое-какой живностью – она подходила идеально, это все признали.

Марчик видел, что мама и папа очень рады видеть его после той прогулки. Они говорили что-то непонятное о пластмассовых машинках, у которых должны иногда отваливаться колёсики, о мнущейся траве, о настоящих облаках в настоящем небе, и что он должен быть таким же настоящим, как трава и небо. Марчик чувствовал неуверенность родителей – они не знали, что и как надо говорить маленькому человечку.

Может поэтому они промолчали о главном, что малыш для себя открыл, – о человеческой способности различать живое и не живое?

Растерянность родителей была объяснима – ведь это первый их ребёнок, и вообще первый в ковчеге за сто лет. Как его воспитывать? Дед Григорий, бывший космолётчик, потративший впустую лучшие свои годы на поиск внеземных цивилизаций, заметил на это: «Во вселенной единственные инопланетяне – это дети.