Статуэтка. Чётки бессмертия

Когда ему исполняется 16 лет, посвящается в фамильные секреты. С этого момента будущее юноши предопределено. После школы учеба в Москве. Изучение нескольких восточных языков. Благодаря протеже отца – работа в спецслужбе. Направление на Дальний Восток. Работа в Магадане, на Сахалине, в Хабаровске. Перевод во Владивосток, к отцу. Направление – археология. Закамуфлировано всё под работу с Китаем и Японией. Среди дел в сейфе лежат папки с грифом «ОВ» (особой важности), к которым имеет доступ только отец. Дисциплина в отделе царит железная.

Никому никаких поблажек. Когда речь идёт об особых поручениях, связанных с действием «общества Воронов», в кабинете включается «глушилка». Узнать, о чём говорят отец и сын, не могут даже коллеги из Управления внутренней безопасности.

Перед поездкой в Арсеньев отец срочно вызывает сына, проводит тщательный инструктаж, словно знает, что не вернется.

– Инструкция простая, но лучше не нарушать, – начинает полковник. – Времени мало, слушай внимательно.

Еду в Арсеньев. Профессор с группой вышли на древний тайник чжурчжэней.

– Уверен, что не блефует?

– Уверен. Не зря девок своих попрятал. Хитрый попался противник. Мы его за лоха считали, а он входит в контакт с Шаманом и Жрецом, через дочерей. Тайну статуэтки раскрывает…

– Прям Джеймс Бонд арсеньевский, – хмыкает сын. – Владеет языком и телом…

– Ты бы не хмыкал, – сурово хмурится отец. – На вид Профессор – интеллигент занюханный, а в рукопашке бойцов валит. И мозги у него работают как надо, если тайну статуэтки разгадал.

– Да повезло ему…

– Ага, повезло, – кривится полковник. – Наши лучшие аналитики бились над шифрами и посланием, а этот уникум – щёлк-щёлк и открыл замочек.

– В смысле открыл замочек?

– В том смысле, что наш Профессор завтра утром идет за сокровищами чжурчжэней.

– Может, блефует?

– Наружка отследила – готовится к походу. И друзья готовятся. Плюс Жрец вылез из «гнезда», едет в Арсеньев. Блеф или нет, выясню завтра.

– А может, там западня? Приедете, а там вас ждут, – озвучивает опасения сын.

– Маловероятно. Уже направил туда группу разведки. Отслеживают подходы. Сюрпризы если и будут, то контролируемые.

– Что беспокоит? Если всё под контролем, почему переживаешь?

– Что, всё-таки видно, да? – вздыхает. – Интуиция расшалилась. Знаешь, какое-то чувство тревоги необъяснимое. Не могу объяснить логикой и фактами. Знаешь, как будто в затылок кто-то холодом дышит.