Статуэтка. Чётки бессмертия

– Б’онгиэ! (удэгейский) – говорит Шаман, появившись на поляне, словно мимо идёт, а не домой. – Догоняй!

Дальше следует стандартная процедура: желуди на запястье, переход через реку, поход в лес.

Идём молча, в среднем темпе. Как ни стараюсь запомнить дорогу, через час понимаю, что заблудился.

Через несколько часов блуждания по таежным тропам и сопкам выходим на поляну, окруженную с трех сторон тайгой, а с четвертой – рекой.

– Оло ангаси. Ангала (удэгейский), – говорит Шаман, протягивает щепотку трав. – Ночуем здесь.

– Иэу бини эй? (удэгейский) – Что это?

– Дигэй! (удэгейский) – отвечает. – Ешь!

Начинает готовить лежанку из хвойных веток и листвы.

Разжевав до кашицы горькую траву, запиваю смесь, начинаю обустраивать таежную постель, по правилам бойцов спецназа. Нахожу место, где лапы ели парят над землей на расстоянии полуметра, стаскиваю туда листву и ветки, чтобы можно спокойно спать.

Работу прерывают спазмы в животе. Едва успеваю добежать до кустов.

Шаман невозмутимо наблюдает, варит в котелке на огне какое-то блюдо.

Ещё через час едва передвигаюсь по берегу. Показывает рукой на реку – велит идти мыться. Голышом, трясясь от слабости и холода, забираюсь в холодную воду, окунаюсь с головой. Тело бьёт крупная дрожь. Шаман жестом зовёт к костру, протягивает горячую кружку свежего варева.

– Амактасиа! (удэгейский) – велит.

Обжигаясь горькой настойкой, выпиваю всё до самого дна. Горячая волна пробегает по телу, и разом становится тепло. Наступает чувство заторможенности. Осознаю, что сижу здесь, среди тайги, вдали от цивилизации, голышом, перед дедом, не испытываю никакого стыда или чувства идиотизма. «Так надо», – стучит в голове.

– Гагдэугиэ! (удэгейский) – приказывает старик. – Повтори!

Покорно пью вторую кружку. Тепло бежит по пищеводу и словно взрывается в желудке.

– Ангаси! (удэгейский) – новая команда. – Ночевать!

Покорно ложусь на березовые ветки, уложенные возле костра. Дед начинает меня «окуривать». Тот, кто хоть раз наблюдал за действиями пасечников, работающих с ульями, поймут. Для тех, кто незнаком с понятием «окуривания», объясняю на пальцах. Пчеловоды на улей направляют дым, чтобы пчёлы не кусали. Сейчас задача дыма другая. В зависимости от состава трав дым вызывает разные ощущения, чувства и желания.