Статуэтка. Сокровища чжурчжэней

 – У меня тоже подарок есть.

Достаю из кармана самодельные подарки: браслет из чешуек кедровой шишки – Ане, чётки из желудей – Шаману.

– Асаса (Спасибо), – кланяется старик.

– Би айауми (Я люблю тебя), – шепчет супруга, обнимая в порыве нежности. С любовью и осторожностью надевает на руку самодельный браслет, словно сделан из драгоценного металла.

– Посидим на дорожку, – предлагаю. Молча сидим.

– Я провожу тебя немного, – говорит девушка, шагая к машине. – Дашь порулить?

– Конечно, – улыбаюсь, машу, прощаясь с дедом.

Привычным жестом надеваю браслет из желудей на руку, усаживаюсь на пассажирское кресло.

– Еду, – смеётся девушка, плавно нажимая на педали. В конце поляны останавливает автомобиль и шепчет:

– Я люблю тебя, родной. Я буду скучать.

– Я тоже люблю тебя, родная, – говорю, и мы сливаемся в долгий прощальный поцелуй.

– Прощай, – шепчет.

Глаза закрываются. Засыпаю в пассажирском кресле.

* * *

– Просыпайся, – слышу команду. Открыв глаза, удивленно оглядываюсь вокруг.

Автомобиль работает на холостых оборотах на обочине грунтовой дороги.

– Ань, ты где? – оглядываюсь. Никого. Выбираюсь из машины, кричу что есть сил: «Аня!!! Где ты? Я люблю тебя!!!».

Тайга не отвечает, деревья шумят, словно шепчутся о какой-то тайне.

Осознав, что не дождусь ответа, сажусь за руль и замираю. На передней панели лежит кулон от Дианы. Смотрю на него, как на змею, изготовившуюся к броску. Шаманка вернула то, что изъяла ранее. Беру кулон, выхожу с ним на дорогу. Беру камень, с силой опускаю на украшение, еще и еще, словно вымещая с каждым ударом злобу и горе.

Слезы капают на пыльную дорогу. Ничего не могу сделать с ними. Фотографии и видео удалил еще в лесу, как просили хозяева. Деревянного обручального кольца на пальце нет. На шее амулет, подаренный Шаманом. Не помню дорогу, где нужно свернуть в лес, чтобы проехать к дому шаманов. Не помню дорогу туда, не знаю дорогу обратно.

«Видеорегистратор, – проносится в голове. – Должна остаться запись, как я ехал».

Едва шевелю регистратор, тот радостно пискает, сообщая, что подключился к питанию.

Вспоминаю писк, когда подбирал попутчиков у остановки. Все встаёт на места. Шаманка, пока гружу багаж старика, заранее отключает его. В тот момент не придаю писку значения.

Нет доказательств, что состоялась встреча в лесу. Нет четкого понимания, что все, что случилось в эти дни, действительно произошло. Немного посидев, снова выхожу из машины, поднимаю расплющенный кулон, швыряю в лес.