Пропажа государственной важности. Исторический детектив

– Пропасть общественного положения, разделяющая нас, едва ли позволит мне называть его императорское высочество своим другом, да и мне…

– Вздор! Герцог никогда не чинился, титул и мундир, а теперь, как я вижу, и семейный статус, стоят в его глазах весьма дешево. Иначе он никогда бы не связался с Акинфиевой. А ваше совместное с ним увлечение минералогией, а теперь и знакомство с его пассией, послужат отличным залогом дальнейших отношений, – настаивал на своем шеф жандармов.

– Однако ж называться ему другом и одновременно вредить ему, согласитесь, недостойно и дурно, – он хотел сказать «подло и низко», но поостерегся.

По совести говоря, поручение графа задевало дворянскую честь Чарова и уязвляло его гордыню. Оно лишний раз напомнило ему, что он всего лишь жалкий бастард и вхож в высшее общество, благодаря высокому авторитету его родственника Валуева и всепроникающему влиянию могущественного шефа жандармов.

– Вы хотели употребить иные слова, не так ли? – догадался Шувалов.

– Вашему высокопревосходительству не откажешь в прозорливости, – с угрюмым выражением лица честно признался Сергей.

– Будет вам в словопрениях упражняться, для своих судейских приберегите, да и не к лицу они вам! Нынче не до условностей, дело и так зашло слишком далеко, – пропустил мимо ушей «этическую» сентенцию Чарова Шувалов.

– Осмелюсь спросить, как в сей запутанной ситуации обходиться с князем?

– Горчакову давно известно, что мадам неверна ему и крутит шашни с герцогом, хотя свой роман с ним ей удавалось весьма долго прятать.

Тому виной удобное расположение Горного департамента, в работе которого его высочество принимал и, надеюсь, еще примет самое деятельное участие. Как известно, оный департамент располагается в том же месте[15 - Горный департамент входил в Министерство финансов, которое находилось, как и МИД, в здании Главного штаба на Дворцовой площади.], где и мы, грешные, ныне пребываем, – лукаво ухмыльнулся Шувалов.

– Да, да… Мы даже как-то раз встречались там с герцогом, хотя обычно он приглашал меня в минералогический музей Горного института.

– Так вот, продолжаю. Князь поместил Акинфиеву на третьем этаже в комнатах для прислуги, над казенной министерской квартирой, где он постоянно проживает. Вот вам и причина, отчего ее связь с герцогом оставалась в тайне. Полагаю, мы бы до сих пор оставались в неведении, коли б его высочество не объявил о своем желании непременно на ней жениться, – лицо шефа жандармов посуровело.