Поединок во тьме

Дождались, пока один из экипажных по малой нужде из «бобона» полез, и выскочили.

Рассвет в утро осеннее острыми лучиками брызжет. Мы с Леваном водилу уазика берем, а Мага – того, который по нужде пошел. Кто уж он там оказался, этот перец, а только плевал он на мускулы и хватку абрековскую. Поломал его быстро и добил с локтя. Я как раз в это время водительскую дверцу дернул и мусору волыну в харю уткнул.

Леваша рядом. Ах, не сообразили мы, что вторая дверца у ментов запирается – они сюда задержанных иногда суют.

Тяну водилу за воротник из машины и вижу, как Магу мусор ломает. Тристан помочь ему не может, потому как за спиной у него остался, а тут из салона, с заднего сиденья, как шмальнут из «калаша». Быстро все произошло.

«АКСУ», – оцениваю по грохоту. Только он так гремит. Ствол короткий, заряд пороха на улице догорает.

Смотрю, Тристан за грудь схватился и оседает, а водила, которого я тащу, воспользовался замешательством моим и двумя руками за пистолет уцепился.

– Роин, еще мусора, – шепчет Леваша сзади.

Гляжу, а на площадку тачка гаишная заезжает, и навалилась тут на меня паника. Кто сказал, что менты овцами стали? Сюда уже полгорода наверняка летит. У гайцов же в машине рация-шмация. Секунды нам остаются, чтобы убраться. Ей-ей, секунды. О добыче или о помощи товарищам речи теперь не идет.

Дернул я на себя водилу и потащил под ноги. Пару раз по голове топнул, пока не хрустнуло что-то. Задергался он внизу… А тот, который с автоматом, разворачиваться начинает в нашу сторону.

«Ну, – думаю, – хана тебе, Роин», но тут Леваша через дверцу ножик свой ужасный в него и засунул. Прямо через железо.

Этот горный баранчик волыну на разгоны редко берет, все больше с кинжалом своим носится.

Похоже, попал он менту в самое мясо и как надо, потому что паренек мордой в стекло сунулся и вниз ползет. Ножик у партнера моего почти полуметровый, можно при случае и троих нанизать.

Как-то быстро все перевернулось.

Гаишники из машины выбираются. Оба с пээмами.

– Стоять! – орут и в нашу сторону без предупредительных «бах, ба-бах».

«Ох…ть… А как же инструкции?» – мелькает в голове, а пульки рядом по уазику «цык-цык».

– Уходим, брат, – толкаю Левашу спиной в кусты, а сам по гайцовской тачке шмалять давай. Сильно меня это цыканье возле уха взбесило – чуть в штыковую не пошел. Закипела кровь.