Поединок во тьме

Потом про то, что в жизни бывает по-разному: мол, я тоже в иных семьях не ко двору. И снова про Серегу, чтобы понял этот дядька – начни он сейчас возню, так придется и того прибирать. Потом про архивы, как их Петр листал и как он расстроенный ушел.

Володя поинтересовался еще: не просил ли чего с собой забрать?

Сказал, что спрашивал про сундучок на недельку, но я ответил, что и самому интересно почитать. Вот, к примеру, вы, Володя, хоть и ворвались без спроса, я же вас понял, как-никак, записки старого товарища, а вдруг там что про родителей есть? Такое каждому интересно.

– А почему он архивы вам отдал? – поинтересовался, допив чай, мой гость.

– Так договоренности у нас с ним, – сочинял я на ходу. – Книгу буду про Владимира Петровича писать.

– А почему через год?

– Покойника не спросишь, но были, видимо, у него соображения. Меня вот, когда сундучок отдавали, так Петр предупреждал с вами дел не иметь, а сам появился на следующий день, и неадекватный.

– ??

– Ну, неадекватный… То ему покажи, вот это дай… А вообще, – изобразил я удивление, – что вы там все ищете?

Володя ответил, не раздумывая:

– Наверное, каждый свое. Меня батино прошлое волнует. Сын Максимка уже взрослый, так хочу, чтобы он про деда почитал. Петрович-то, он дядька обстоятельный был, аккуратно все отмечал…

– Я вот что скажу. Давайте вечером вместе посмотрим, а сейчас я в Иркутск звонить буду, – потянул я со стола сотовый.

 – Потом Санька Марыч должен приехать. На кладбище к родителям его поедем. Вечером он в Иркутск отбудет, а я здесь ночую. Приходите… По рюмахе…

– Договорились, – поднялся Козлякин, – хотя не пью, но не прощаюсь.

И быстро вышел из дома.

Посидел я над остывшей кружкой. Все про визит этот странный думал. «В руку сон-то, – понял я. – Папаша Козлякин сыну что-то рассказал. Иначе с чего бы парня так трясло? Без вариантов, рассказал».

Выходило, что я своего нечаянного гостя переиграл.

Точно моя бабуля покойная говорила, что вежливость – наше оружие. Начни грубить и гнать с порога, неясно, чем история закончилась бы.

«Фамилия, говоришь? – вспомнил я кульминационную фразу. – А зачем тебе моя фамилия?» Порадовался, что правильную политику избрал в отношении гостя. Что за имя такое – Вовочка? Хорошего и правильного парня так не назовут. Коснешься – гадости тонны, а добра со спичечную головку.