Клан Заката. Кочевник

Яд… Похоже, гадюка успела брызнуть на него скопившейся жидкостью. На лицо стрелка было страшно смотреть. Кожа расползается лоскутами, обнажая сочащуюся сукровицой плоть, а местами даже и кости видны. Жуть жуткая… А уж когда представил, что меня ждала подобная участь, так совсем поплохело чего-то…

Стрелок так и лежит, вытянувшись в струнку и сжимая свою легкую сабельку, в посиневших руках. Надо же, не выпустил. С одной стороны, он хотел меня убить, но с другой… Никому не пожелаю такую смерть…

Смотреть было невмоготу, поэтому усилием воли отведя взгляд, уже было направился к тропе, до которой и осталось всего ничего, когда полустон-полухрип заставляет меня вздрогнуть от неожиданности.

Изумленно поворачиваюсь в сторону звука и понимаю – стрелок еще жив. Неподвижен, без лица, но жив… Хотя, насколько помню действие яда гадюки, это ненадолго. С учетом размеров, думаю счет идет на минуты, но не более часа.

Стрелок затих. А потом снова хрипло втянул воздух. Черт… Ну не жилец он, не жилец… Да и я не лекарь.

Противоядия не смогу сделать. Почему же не могу уйти, бросив его умирать? Думаю, он бы точно не стал меня жалеть.

Так и стою, глядя, как умирает неизвестный воин. Добить, избавить от мучений. Наверно, будь я на его месте, желал бы этого. Но чем? У меня же даже оружия нет никакого… Если только…

Взгляд падает на саблю, зажатую в руке стрелка. Обычная такая сабелька, в Белецке на рынке такие продаются. Может даже и эта оттуда же. Простая рукоять, обмотанная тонким кожаным ремешком, чтобы не проскальзывала.

Даже гарды нет. Единственное отличие, это то, что серебристое некогда стальное лезвие, сейчас перепачкано кровью змеи, перекрасившись в багрово-черный цвет.

Разжать пальцы, сведенные судорогой, да еще и под аккомпанемент хриплого дыхания, оказалось не так уж и просто. Да еще и моя эмпатия совсем некстати включилась, окатив волной чужой безысходности, боли и жгучего желания все это прекратить. Так паршиво стало, что даже злиться начал.

Злость немного разогнала хмарь упадничества и чуть прочистила мозг, готовый уже сдаться.

Мне все же удалось разжать пальцы стрелка. Ударом ноги. И лишь когда они чуть-чуть разжались, все же выдернул саблю.

Но вот нанести «удар милосердия», как-то… Жутко. Одно дело, убить в схватке. А вот так… Практически беззащитного и недееспособного. Разумом понимаю, что для него это благо, но не поднимается рука и все тут.

Выдыхаю, и все же наношу удар, целясь чуть левее грудины, стараясь не попасть в ребра.