Там, за горизонтом…

Вот только кому понадобился “сбитый летчик”? Кому-то из директоров? Тогда вопрос – зачем? Надеюсь, вскорости я об этом узнаю, так как коридор уже закончился, и мы остановились напротив стандартной бронированной двери.

Боец, шедший впереди меня, остановился и снял шлем. Точнее – сняла. Все же это была девушка… Хм… А вроде ничего такая. Светло-русые волосы до плеч, правильный овал лица, и каре-зеленые глаза под длинными черными ресницами…

Она обхватила шлем в охапку и сняла с правой руки перчатку. После этого приложила голую руку к открывшемуся окошечку сканера, и одновременно приблизила лицо вплотную к стене.

Видимо, там был еще один сканер, для распознавания сетчатки. Мне его не было видно, потому что я стоял под углом к двери.

Судя по всему, проблем с доступом у нее не оказалось, так как дверь тут же отъехала в сторону, открывая проход в новое помещение.

– Чего застыл? Шагай давай. – грубый окрик и последовавший за ним сильный толчок в спину, судя по ощущениям стволом минигана, заставил меня засеменить ногами и отвлечься от созерцания прелестного профиля моей второй конвоирки.

Или все же конвойки?

Да бог его знает. В общем, во избежание повторного приказа я быстрым шагом вошел в помещение.

Да уж… Это не моя камера-клетушка… Помещение, представшее перед моим взором, больше походило на спортивный зал, по размерам. Огромное, просто невообразимое для меня после нахождения взаперти пространство. Такое, что аж голова кругом пошла. Черт… У меня что? Агрофобия появилась.

Что-то мне не особо уютно без стен, которые я мог бы достать вытянутыми руками…

Борясь с подступившей слабостью, и заодно с легкой тошнотой я остановился и прикрыл глаза. Ноги ватные, резкая слабость по всему телу. Блин, не хватало еще в обморок рухнуть, как какой-то институтке.

– Вперед… – очередной толчок, заставил меня открыть глаза, и продолжить движение. Сучок… Я бросил назад злобный взгляд, но на моего конвоира это похоже не произвело никакого впечатления. По крайней мере, зеркальное забрало шлема отразило лишь мою изуродованную физиономию.

– Еще раз толкнешь, и я тебе сломаю твою толкалку… – меня резко бросило в ярость. Блин вот только не сейчас… Расстреляют же…

Видимо что-то такое отразилось в моих глазах, потому что боец резко отступил назад и вскинул свой огроменный крамультук. Вот только мне уже было все равно… Я просто стоял, повернувшись к нему и сверлил глазами. Человеческая психика предмет гибкий, но в то же время и хрупкий.