Тайга. Водоворот судеб

Молодец!

Расчистив вокруг костра землю, ребята вытащили и разложили не догоревшие палки, чтобы они потухли. Выкопали небольшую ямку и сгребли туда горячую золу и присыпали сверху землёй. Быстро собрав небогатый скарб, они двинулись к реке.

Активно протестуя против помощи, Никита шёл самостоятельно. Идти быстро он не мог, поэтому переход был неспешным, напоминающим вечернюю прогулку. Тайга была для него в диковинку, и чем-то отдалённо напоминала пустыню. Так же тихо, такой же унылый однообразный пейзаж и нет ни души вокруг.

Хотя было одно отличие от пустыни. Можно даже уверенно сказать: существенное отличие от пустыни – это комары. Маленькие кровопийцы безжалостно шпыняли людей, не давая им ни секунды для передышки. И сейчас было лишь одно желание – побыстрее дойти до берега и развести спасительный костёр.

Когда ребята достигли берега, там уже вовсю кипела работа по благоустройству. Кто-то мастерил лежанки, кто-то разводил костёр – каждый был при деле. Бурчащий под нос Коца, рыл яму под туалет в нескольких метрах от лагеря.

Не изменяя своей привычке, Маша облюбовала место для стоянки чуть поодаль от других людей, на участке берега, который находился чуть выше. Никите было всё равно где обустраивать ночлег, поэтому никаких споров не возникло. Денис обосновался поблизости от них. Подошедшая Айлуна поступила так же, заняв пустующее место между ребятами и основной стоянкой лагеря.

Вскоре подошёл Иваныч и помог соорудить для Никиты удобное место для ночлега. Сделал из жердей каркас шалаша, около полутора метров в высоту и достаточно широкий, чтобы могло вместиться два человека.

На землю накидал хвои и молодых еловых веток, сверху бросил кусок какой-то материи, таким же куском закрыл вход чтобы не залетали комары. Каркас шалаша закидал сосновыми и еловыми ветками. От проливного дождя такой кров вряд ли помог бы, но от мелкого дождика и промозглого ветра защита была идеальна. Как только работа была завершена, Иваныч отправился помогать в благоустройстве Айлуне.

Свечерело довольно быстро. Тень от заходящего солнца тянулась далеко на восток, покрывая собой и правый, и левый берега, и терялась в редколесье заливных лугов. Далекие тучи и облака окрасились багрянцем. От воды повеяло зябким, неуютным холодком. Ночь вступала в свои права, окутывая землю полумраком.

Обрывистый берег, поросший лесом, казался массивной чёрной скалой, нависшей над серебристой лентой реки, над которой одна за другой появлялись первые звёзды.