Что неизвестно о Титане

– Как это понимать?

– Понимайте, как хотите, – обрезала ухаживания Саша.

Большая часть пути была позади. Теперь Сатурн был великолепен. Стали видны не только отдельные астероиды его колец, но и детали его ландшафта. Стал виден и Титан. Он блестел узким серпом среди других серпов и кружочков спутников Сатурна. С каждой новой вахтой серп Титана становился все шире, и вот наступил день, когда его бледный круг занял значительную часть неба.

«Завтра, на сорок восьмой день с момента старта, в 18часов 20 минут по Гринвичу мы совершим посадку.

Подготовьтесь к перегрузкам», – по громкоговорящей сети сообщил капитан.

Посадка прошла нормально и в расчетное время.

– Мы на Титане, мой друг.

– Мы рядом, мы вместе, мы неразлучны.

6

На разгрузку и монтаж стационарной станции ушло около месяца. Работать можно было только днем, хотя по земным меркам здесь были сумерки. Ночами холод, царивший на планете, становился еще сильнее, и сыпал метановый снег, делая совсем беспросветной ночную тьму.

За ночь снега выпадало очень много, но с наступлением утра снег быстро таял, превращался в ручьи и реки и затем испарялся. Это был метан. Собралось много интересной информации для передачи на Землю. Запустили первую буровую установку, прошли первые метры твердого, как стекло льда.

– Даже если здесь нет разума, то запасы метана с лихвой оправдают затраты на экспедицию, – сказал Саше Вейли Хартон.

– Но разум здесь. Теперь я это знаю точно, он там, подо льдом.

– Это действительно так, – вдруг подумал капитан, – я не Нон Ли, я другой, но я знаю его друга – Сашу, и тебя тоже знаю, и других.

Вы хотите нам помочь, но не выпускайте сразу много газа. При резком снижении давления мы можем погибнуть.

– Я приму все меры, чтобы этого не случилось, – подумал Вейли.

Спустя три дня из скважины с ужасающим свистом пошел газ. Еще через неделю свист стал затихать.

– Закройте выход газа, – подумалось капитану Хартону. Он связался с буровиками, и те закрыли вентиль.

Все члены экспедиции ощутили необыкновенную радость.

Среди буйства диковинных растений неслись в невообразимом танце удивительные существа. Они пели на разные голоса. Их мысли стремились в будущее.

– Мы заведем детей, и мы, и мы… Как хорошо сбросить эту страшную тяжесть. Радуйтесь и познавайте нас. А мы познаем вас. Мы – друзья.

– И мы – друзья. Будем дружить планетами, – подумал Андрей Шаталов.

– Мы будем любить друг друга, – почувствовал Жанн Поль Буше.